Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: constantin patsalas (список заголовков)
15:47 

Хочешь песенку в награду?
Повывешиваю еще всякого интересного из Торонто Стар, не пропадать же добру. Правда, сегодня подборочка будет специфическая, балетно-рецензионная, но, может быть, кому-нибудь будет интересно. Во-первых, хочу выложить не целую статью, а крохотный отрывок из статьи Вильяма Литтлера от 13 ноября 1980 года, посвященной балету Джеймса Куделки Playhouse. Статья довольно вялая, Литтлер принимает этот балет без энтузиазма, ну и в общем - полностью эта статья могла бы быть интересна какому-нибудь поклоннику Куделки, а я не знаю, есть ли тут его поклонники, я точно к ним не отношусь. Но зато в конце статьи Литтлер пишет два абзаца про "Сильфиду" (Playhouse шел с ней в комплекте) - и полпредложения в этом абзаце посвящено Константину в роли Мэдж. Как же я жалею, что нет ни одной фотографии Константина в образе этой ведьмы. Могу лишь воображать, на что это было похоже - костлявая, смуглая старуха с огромными, пронзительными черными глазами. Ах! Трагическая фигура, чо.



Вторая статья - от 17 ноября 1983 года - посвящена балетной "тройчатке": Here We Come Эрика (отрывки из этого балета можно увидеть в документалке Bold Steps), гран па-де-де из "Сильвии" и L'Île Inconnue Константина. Крэбб отзывается о балете Константина пусть и немногословно, но очень благосклонно, да и весь вечер в целом ему явно понравился. Эх, эх, а ведь существует телезапись L'Île Inconnue - в рамках документального фильма Canadance, но мне до нее не добраться. Может, найдется еще один псих вроде меня, у которого будет доступ к этому фильму, и этот добрый псих его оцифрует и выложит в сеть. Но шансов слишком мало. Ладно. Будем радоваться, что хоть к чему-то у нас доступ есть - например, к Торонто Стар.

@темы: Constantin Patsalas, Erik Bruhn

14:35 

Хочешь песенку в награду?
В "Отстреле экзотических птиц" много цитируют Бродского - в основном, конечно, "от автора", но иногда и сами персонажи вдруг допускают цитаты в свою речь: Константин, например, дважды напрямую цитирует эссе Бродского "На стороне Кавафиса" и вставляет время от времени в свою речь косвенные, измененные цитаты из стихов. Все это, конечно, в первую очередь указывает на то, что "аффтар очень любил Бродского" - и в общем, это верно, хотя такие вольности противу реализма могут показаться слишком уж вольными. Но аффтар не только любил Бродского, аффтар еще и был заворожен - и теперь заворожен - крохотной вероятностью: что Эрик (но не Константин, это было бы чересчур) действительно мог быть знаком с Бродским - через Барышникова, с которым дружил. Никаких доказательств, конечно, нет, и сама вероятность невероятно мала, и все знакомство, даже если б оно и вправду "имело место", наверно, состояло бы в нескольких фразах и не получило никакого развития и продолжения. Но вот эта возможность пересечения Бруна и Бродского в одном пространстве чем-то меня очаровывает. И еще мне очень нравится протягивать ниточку от Бродского к Константину - без намека на какое-то личное знакомство, но с намеком на знакомство с текстами, по крайней мере, с одним вполне определенным текстом On Cavafy's Side, опубликованным в 1977 году и посвященным тезке и компатриоту Константина. Конечно, все это литературные условности и допущения, почти заходящие за грань хорошего вкуса (с какой стати Константину читать The New York Review of Books, где и было напечатано это эссе? с какой стати ему вообще много читать и читать Бродского?), но мне кажется, они вполне укладываются в общую довольно-таки фантастическую реальность моего текста. Хотя я допускаю, что они, эти допущения, вполне могут раздражать своей почти стопроцентной невероятностью. Но один процент вероятности все-таки существует, и мне он по-своему мил.

@темы: фики, Erik Bruhn, Constantin Patsalas

14:08 

Хочешь песенку в награду?
Задачка для маньяка: найди на этой фотографии Константина. Подсказка: если найдешь на фотографии Веронику Теннант, то рядом с ней будет Константин.


@темы: Constantin Patsalas

14:35 

Хочешь песенку в награду?
Открыла Мейнерца наугад, попала, естественно, на фотографию Эрика с Константином, я всегда на нее попадаю. Смешной Мейнерц - выбрал в качестве иллюстрации фотографию, на которой оба кажутся абсолютно счастливыми вместе, и написал, как Эрику было с Константином плохо, бубубу. Ну, не совсем так написал, конечно, но прозрачно намекнул. Я перечитала страницу, посвященную Константину в жизни Эрика, и поняла в очередной раз - нет, мне не кажется, у Мейнерца все-таки было к Константину что-то почти личное. Одна первая фраза чего стоит - мол, пожалуй, "единственной Ахиллесовой пятой" Эрика как руководителя НБК была его связь с Константином. И вторая фраза тоже хороша: Эрик познакомился с Константином на Ибице в начале 1970-х и устроил его танцовщиком в НБК. То есть, Мейнерц вполне себе прозрачно намекает, что Константина взяли в НБК даже не за его собственные красивые глаза, а исключительно по протекции Эрика. Угу, да, конечно. Истина, как водится, посередине: Эрик действительно посоветовал Константину попробовать устроиться в НБК (во время европейских гастролей компании в 1972 году), и может быть, даже замолвил словечко за него перед Селией Франкой (как я уже писала где-то: мол, Селия, тебе же нужны мальчики, любой балетной компании всегда нужны мальчики, а вот смотри, какой у меня мальчик есть), но - Селия Франка была дамой суровой, сильно сомневаюсь, что она бы поддалась на уговоры Эрика, если б видела, что Константин "не тянет", ну и кроме того - как сам Константин признавался, ему просто повезло, что НБК как раз собирался ставить "Спящую красавицу", и мальчики были нужны до зарезу.
Ну, третью фразу у Мейнерца я тоже опровергала когда-то: он утверждает, что это Эрик купил дом в районе The Beaches в Торонто, а Константин в этот дом въехал, а на самом-то деле все было наоборот: это Константин купил там дом, а Эрик жил там, приезжая в Торонто (нежно люблю первую фразу из единственного абзаца, посвященного Константину в книге Грюна: "When Erik Bruhn lives in Toronto, he stays with a young Greek-born dancer, Constantin Patsalas"). Ну, а дальше Мейнерц начинает, честно говоря, откровенно придираться к Константину, ехидно цитируя его "многословное интервью", в котором он всего-навсего смеет сказать, что работает "инстинктивно" и хочет, чтобы его "работа говорила сама за себя". Где тут криминал, я не пойму, но Мейнерц явно видит в этом что-то нехорошо характеризующее Константина, добавляет, что некие неназванные танцовщики НБК описывали стиль его балетов как "претенциозный и незрелый", и приходит к выводу, что, мол, трудно сказать, до какой степени искренним было желание Эрика как худрука поддерживать Константина и насколько эта поддержка была оправдана с художественной точки зрения.
Тут мне и хочется бросить книжку и побиться главою о сруб светлицы, потому что нельзя, Мейнерц, нельзя таким быть, я понимаю, что тебе почему-то Константин ужасно не нравится, я даже сочувствую, но зачем же вот так? Причем такие предположения мне кажутся в первую очередь оскорбительными для самого Эрика: типа закрывал глаза на бесталанные опусы своего дружка-любовника, чтоб с ним отношения не портить. Ну фигня же. Многие свидетели, напротив, утверждают, что Эрик вполне искренне восхищался балетами Константина и считал его талантливым хореографом. Больше того - Эрик, став худруком НБК, начал проводить очень жесткую политику, направленную на приведение деятельности компании в соответствие с художественными замыслами Эрика. И если бы Константин и его работы не вписывались в концепцию Эрика - вряд ли бы Эрик стал с этим мириться и закрывать на это глаза. Он умел быть жестким даже с самыми близкими людьми. И в таких вопросах как художественная политика и художественное развитие НБК он, судя по всему, не собирался идти ни на какие компромиссы. Так что - извини, Мейнерц, дело не в том, что Эрик поддерживал Константина, чтоб не обидеть его, а в том, что вполне осознанно считал его работы достойными включения в репертуар НБК. И опять же - Мейнерц сам себя опровергает, когда пересказывает со слов все тех же неназванных свидетелей душераздирающую историю о том, как Константин после назначения Эрика худруком НБК зазнался и стал держаться неуважительно с другими танцовщиками - с полной уверенностью в том, что раз его партнер стал худруком, то он и сам - почти худрук. А Эрик в воспитательных целях однажды отправил его с внутренних канадских гастролей домой в Торонто и заявил перед всей труппой, что у Константина не будет никакого особого статуса из-за его связи с Эриком. Как метко заметила gr_gorinich, Эрик вполне ясно дал понять, что связь-то есть. "Сам признался", как фараон из анекдота. Но дело даже не в этом, а в том, что Эрик вполне ясно дал понять, что не собирается делать никаких исключений для Константина, хоть Константин и является его любовником. Мейнерц же абзацем раньше прозрачно намекает, что Эрик вроде бы именно такие исключения делал. В общем, сам себе противоречит.
Ну и не откажу себе в удовольствии в сто пятидесятый раз процитировать Пенелопу Рид Дуб, дружившую и с Константином, и с Эриком, и считавшую, что Эрик заботился о Константине и восхищался им, но в присутствии других часто мог казаться равнодушным к Константину. После такого замечания снова начнешь невольно сомневаться в правоте Ликке Шрам, утверждавшей, что Эрик и Константин уже "вообще не были любовниками" в то время, когда она навестила Эрика в Торонто (примерно 1983 год). Впрочем, и самому Мейнерцу, рассуждающему без всяких доказательств о кратковременности физической связи между Эриком и Константином, тоже веры нет. Ну, у меня, по крайней мере. Потому что, как я уже говорила, в таких случаях надо либо со свечкой стоять, либо допускать все, что угодно.
И вот что абсолютно ускользнуло от внимания Мейнерца - впрочем, ничего удивительного, не Константин же был героем его книги, - то, что искренность привязанности Константина к Эрику была в конце концов проверена смертью Эрика. Реакция Константина на смерть Эрика, его отчаяние, его горе - все, по-моему, вполне ясно указывает на то, что права была Пенелопа Рид Дуб: Константин "обожал" Эрика. Или попросту говоря - любил. Без всяких карьерных соображений.
Кхм. Вы прочитали очередной пост бешеного шиппера. Спасибо за ваше терпение.

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas, Александр Мейнерц "Erik Bruhn – Billedet indeni"

14:07 

Хочешь песенку в награду?
Что делать, если заказанные книжкожурналы не приходят? Правильно, пойти и прикупить еще парочку книг, чтобы они тоже не пришли. Отхватила биографию Селии Франки, основательницы Национального балета Канады, и мемуары Джона Грюна, балетного критика, журналиста, первого биографа Эрика. Судя по рецензиям, Грюн в своих мемуарах наболтал сорок бочек арестантов о своих отношениях со всякими знаменитостями, балетными и небалетными, в том числе об отношениях с Рудольфом - но я надеюсь, и об Эрике он тоже чего-нибудь вспомнил, все ж таки в свое время целую книгу о нем написал и общался с Эриком довольно плотно.
Сейчас в моем листе ожидания: "Life Behind the Metaphor: Rudolf Nureyev and the Dutch National Ballet" (должна была прийти вчера, но, конечно, не пришла), купленная наугад программка НБК и еще три программки выступлений НБК в O'Keefe Centre в Торонто в 77/78 гг. (тоже должны были прийти вчера, но их нет, и если в понедельник не будет, придется писать ebay'вскому продавцу), программка АБТ 1970/71 гг. - с Эриком, восемь dancemagazines за разные годы, три номера Dance in Canada середины семидесятых. В общем, все, как обычно, почта выматывает мои нервы с завидным упорством.
Ладно, буду надеяться на лучшее, авось все-таки все придет. А пока пойду-ка я поработаю, что ли. Но перед уходом и для вдохновения выложу фотографию, которую уже выкладывала когда-то, но вдруг кто-то ее еще не видел, хехехе. Константин Патсалас и Ванесса Харвуд на репетиции балета Константина "Натараджа", 1979 год. Любопытно, что в итоге премьера "Натараджи" состоялась лишь в феврале 1982 года, и в этом балете уже не танцевали ни Ванесса Харвуд, ни Люк Амиот, участвовавшие в репетициях в 1979 году. Впрочем, сама концепция балета поменялась: если поначалу Константин предполагал, что основное трио в "Натарадже" будут составлять женщина и двое мужчин, то позднее передумал и поставил в центр "Натараджи" двух женщин и мужчину. Женщинами этими были Амалия Шелхорн (подруга Константина, унаследовавшая после его смерти права на его балеты) и Гизелла Витковски (она выступала на стороне Константина в деле вокруг "Piano Concerto" и потом принимала участие в вечере его балетов в 1987 году - невзирая на неудовольствие администрации НБК), мужчиной был Дэвид Никсон (он танцевал позднее в "Canciones" Константина).
И к чему я все это пишу? А ни к чему, просто мне приятно лишний раз потрепаться о Константине. И полюбоваться им на этой фотографии. Все-таки он был прелесть. И когда был в ударе - сиял, как я не знаю кто. Лапушка.
Если что - это превью, по клику открывается в полном размере.


@темы: Constantin Patsalas

13:03 

Хочешь песенку в награду?
Конечно, я продолжаю высасывать сенсации из пальца и ищу кошку в комнате, где кошки нет, но в истории с Canciones (не с самим балетом, а с фильмом Мозе Моссанена) я чую бесовщину, а обосновать не могу. Смотрите: основной корпус фильма - балетные сцены и сцены с Константином - отсняли в 1983 году. Примерно в 1986 году Моссанен получил добро на съемки целого цикла The Dancemakers - к Canciones Константина присоединились еще пять фильмов, посвященных работам современных канадских хореографов. В 1987 году The Dancemakers были выпущены на VHS, в 1988 году - впервые показаны по телевидению. Повторяю: в 1987 году все шесть фильмов, в том числе Canciones, вышли на кассетах. В комментариях к Canciones на двд Моссанен говорит, что лишь в фильме по Canciones нет комментариев от автора - то есть, от Константина, - потому что, дескать, на момент съемок комментариев Константин был уже очень болен и недоступен для общения. Я не хочу сказать, что Моссанен лукавит, но что-то у него не сходится. В 1987 году Константин был еще вполне здоров и адекватен. Более того - осенью 1987 года он представил в Торонто вечер своих новых и старых балетов, в конце 87 - начале 88 гг. - поставил в Копенгагене Das Lied von der Erde. Был бы он тогда нездоров и неадекватен - сильно сомневаюсь, что ему бы удалось все это сделать. Значит, почти со стопроцентной уверенностью можно сказать, что на момент съемок комментариев к Canciones Константин еще не был болен (или, по крайней мере, болезнь еще не зашла так далеко, чтобы ограничить его дееспособность). Но либо он отказался от участия в работе над этим фильмом, либо по каким-то причинам не мог принять участия в съемках, либо - что звучит дико, но следует допускать и эту возможность, - по каким-то причинам к нему вообще не стали обращаться и приглашать его для комментариев. Теперь же непоявление его комментариев в фильме объясняют его болезнью, и это очень удобное объяснение, но даты, даты не совпадают. Если б фильм вышел в 1988-89 гг., я бы еще поверила в эти объяснения, а так - поверить не могу. Странно все это.

@темы: Constantin Patsalas

16:23 

Хочешь песенку в награду?
Продолжаю делиться свеженарытыми Globe-and-Mail'овскими документами. Вдогонку к вчерашнему посту о судах, волнениях и безобразиях вокруг Piano Concerto: открытое письмо Константина в Globe and Mail, опубликованное в номере от 21 ноября 1986 года (то есть, уже после проигрыша дела о Piano Concerto). В общем, если все и впрямь происходило так, как Константин об этом пишет, то все это было, мягко говоря, очень некрасиво - причем я имею в виду именно поведение associate directors Валери Уайлдер и Линн Уоллис.

In fact, I was the artistic adviser to the National Ballet of Canada from April 1, having been appointed by the board of directors upon the late Erik Bruhn's recommendation. This title was taken away from me on Sept. 20 (in mid-season) by the associate directors. I was ordered to take a leave of absence as of March 1, 1987 (in mid-season). My future choreographic work, approved by Mr. Bruhn, was cancelled, and I was not being offered a full-time contract for the next season.
I don't think that anybody who devoted himself for 15 years to the National Ballet of Canada should be treated in such a manner and be expected to continue serving the company under such conditions. As a result, I have filed a suit for constructive dismissal against the National Ballet of Canada and the associate directors.

Constantin Patsalas

Перебирала еще свои "вырезки-выписки" из Toronto Star, нашла цитату из какой-то статьи - увы, без указания даты: The Bruhn years were also the Constantin Patsalas years. А в еще одной Globe-and-Mail'овской статье (от 29 октября 1987 года), которую, наверно, я еще выложу полностью попозже, нашла тоже прекрасное: Patsalas, as resident choreographer of the National Ballet of Canada was well known for ballets such as Canciones, L'ile Inconnue, Piano Concerto and Rite of Spring and as an intimate of the National's late great artistic director, Erik Bruhn. В общем, широко известен в узких кругах благодаря таким-то балетам и нежной близкой дружбе с Эриком Бруном. Знакомьтесь, это Константин Патсалас, хореограф при Национальном балете Канады и супруг партнер друг художественного руководителя Национального балета Канады. Очень приятно.

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

13:24 

Хочешь песенку в награду?
К сожалению, на обнаруженном мною ресурсе подшивки Globe and Mail доходят только до 1985 года. Так что мне по-прежнему нужно каким-то образом исхитриться и проникнуть в библиотеку, где хранятся полные оцифрованные архивы Globe and Mail. Вот только черт знает, как это сделать. Позарез мне необходим сердобольный канадский гражданин, записанный, допустим, в публичку Торонто и согласный поделиться данными своего читательского билета. Вот только где же этого сердобольного гражданина взять?
В общем, продолжим исследовать то, что есть. В Globe and Mail я отыскала несколько ну очень подробных статей, посвященных конфликту между Национальным балетом Канады и Константином Патсаласом из-за балета Патсаласа Concerto For The Elements: Piano Concerto. Очень хочется выложить их все, хотя я ума не приложу, кому это будет интересно - но вдруг все-таки кому-то интересно будет? Все-таки очень запутанная и неоднозначная история получилась. И хоть обе стороны конфликта, прямо скажем, выглядят не лучшим образом, но - простите константинопоклонника - Уайлдер и Уоллис все-таки производят более отталкивающее впечатление, чем Константин. Но может быть, я неправа. Итак, статья первая - от 6 ноября 1986 года:

National Ballet, choreographer air dispute Concerto goes to court


Patsalas is seeking an injunction to prevent the National from presenting the 23-minute ballet in its fall program at Toronto's O'Keefe Centre. It is scheduled for six performances beginning Nov. 19 and is part of a program that also includes Song of a Wayfarer and Etudes.
After hearing from lawyers for both Patsalas and the National, Mr. Justice W. Gibson Gray reserved judgment. Because his judgment will affect rehearsals for either a new ballet or Concerto, he promised a decision within "a day or two."
According to testimony, Patsalas left the company in September when he "couldn't form a constructive relationship" with its two associate artistic directors, Valerie Wilder and Lynn Wallis. He was asked to continue to help with the production of Concerto but has not attended rehearsals.
His lawyer, Arthur Gans, said Piano Concerto was first produced in Boston in 1979 to wide acclaim. When Patsalas first produced it with the National in 1985 he worked alone. Now that the National is proceeding with Concerto without him, the choreographer fears the production will not be true to his original concept.
The National assigned Wilder and Wallis to produce the ballet with the assistance of choreologist Ingrid Filewood. (A choreologist works with the choregrapher to record the steps and movements in a ballet.)
The company has two videotapes of the production. One, according to Gans, is "like looking at a ballgame from the top of the stadium through a snowstorm." The other, a tape of a rehearsal, is a walk-through and Gans said parts of the ballet are missing. The new choreographers are guessing and dancers are repeating mistakes, he said.
Gizella Witkowsky, who has danced in Concerto before and is cast as a principal dancer for the November program, stated in her affidavit that Wilder had never been involved with Concerto. However, Wallis was Patsalas' assistant for Concerto in 1985 and stated in her affidavit that she attended all stage and dress rehearsals.
The National's lawyer, Elizabeth Stewart, quoting from the affidavit, said that it was not essential or even usual for a choregrapher to be directly involved in the production of his ballet.
The National believes that it can mount the production and mount it well, Stewart said. The fact that ballet notes may not exist should not restrict the production, she said, adding that this is the case for about half of the ballets in the National's repertoire. "Otherwise, the ballet dies with Mr. Patsalas," she said.
The duplication of "every step, every nuance, can't be the test," Stewart said. The choregraphers are aiming for "as close a resemblance as possible to the original work."
She said Patsalas has been asked to attend rehearsals and has not done so. "He cannot complain now, that because he is not involved, it's going to be some kind of mutilation."
A change in the program would cost the National $30,000 in "provable costs" and a further $40,000 in non-renewed subscriptions, Robert Johnston, the company's administrative director, said in his affidavit.

Статья вторая - от 8 ноября 1986 года:

Patsalas fails in bid to bar ballet

И статья третья - от 10 ноября 1986 года:

Patsalas says ballet not reproduceable

Ну, не удержусь, выложу и четвертую статью - уже из Toronto Star, так сказать, по итогам суда. Статья от 20 ноября 1986 года, автор - Вильям Литтлер, балетный критик Toronto Star.

Choreographer says fears came true

Литтлер, по-моему, вполне сочувствовал Константину. А еще интересно, что, по-видимому, Гизелла Витковски и в самом деле отказалась танцевать в Piano Concerto, восстановленном без участия Константина. Конечно, Литтлер мог просто ее не упомянуть - но не исключено, что она действительно настояла на своем и вышла из игры. А год спустя, осенью 1987 года, приняла участие в вечере работ Константина, несмотря на возражения НБКшной администрации (видимо, все тех же Уайлдер и Уоллис).

@темы: Constantin Patsalas

00:17 

Хочешь песенку в награду?
Не зря я вчера перед сном "развлекалась", выискивая информацию про комплекс СПИД — деменция. Разумеется, я держала в уме Константина и пыталась получше представить, как могло выглядеть развитие его болезни. А сегодня я неожиданно нашла сайт, где выложена подшивка канадской газеты Globe and Mail - той самой газеты, до которой я не могла добраться, потому что ее оцифрованный архив лежал под замком в Торонтской публичке, куда крокодилам вроде меня ходить воспрещается. А вот все же оказалось, что если очень хочется, можно и до Globe and Mail добраться. И нашла я там мучительную статью, на которую ссылался еще Джеймс Нойфельд в своей книге Passion to Dance. Номер Globe and Mail от 20 июля 1989 года, статья под названием Legal, medical, social work advice available at innovative AIDS clinic. Процитирую оттуда лишь первую половину:

Shortly before he died of AIDS in May, Constantin Patsalas was manufacturing a lawsuit a week for himself.
The flamboyant former choreographer with the National Ballet of Canada would take a taxi and not have the cash to pay the fare.
At other times, he would walk into galleries and buy art he could not afford, spending as much $40,000 in a single month.
He even made a $5.8-million bid for a shopping mall.
The spending spree was the result of psychiatric disorders that plagued Mr. Patsalas in the final stages of his illness - and it kept his friends busy just trying to keep him out of trouble.
"He became manic," recalled Graham Parker, a friend of Mr. Patsalas who handled repeated inquiries from police and disgruntled creditors.
Mr. Parker, a professor at Osgoode Hall Law School in Toronto, is convinced that some of Mr. Patsalas's troubles might have been avoided if he had sought proper legal advice when he was first diagnosed as having the virus that leads to acquired immune deficiency syndrome.
For one thing, Mr. Patsalas could have given a friend a power of attorney so that his financial affairs were placed in competent hands.
Nonetheless, Mr. Parker is now trying to use what he learned from Mr. Patsalas to help other AIDS patients. He is working in a new outpatient clinic at the Toronto Western Hospital, providing legal advice to those with AIDS and urging them to put their legal and financial affairs in order while they can still do so.

Ну, дальше речь идет об этой новой клинике, уже не так важно. Главное - это душераздирающее описание психического распада Константина. В чем-то оно пострашнее общих описаний комплекса СПИД — деменция, может быть, еще и потому, что безумие Константина предельно обнажено в этой статье, выставлено на всеобщее обозрение (пусть уже и после его смерти). Впрочем, не мне вздыхать о стыдливости, я сама хотела найти эту статью и прочитать ее. Вот, прочитала, стало мне жутко. Но по-прежнему непонятно, когда же все-таки у Константина диагностировали ВИЧ. И еще не совсем понятно, почему Грэм Паркер считал, что определенных проблем, возникших из-за болезни Константина, удалось бы избежать, если б Константин обратился за консультацией к юристу сразу после постановки диагноза. Тут уж, как говорится, он не знал, что будет землетрясение - откуда Константину, да и врачам, было знать, что СПИД нанесет именно такой удар по его психике? Для перестраховки, что ли? Так ведь КСД развивается у одного процента заболевших, далеко не все больные СПИДом сходят с ума, так, между прочим. Или Паркер имеет в виду, что Константину поставили диагноз уже после появления симптомов психического расстройства? В общем, все как-то смутно. Ну и страшно, конечно. И безумно жаль Константина. Все-таки это ужасно - вот так сходить с ума.

@темы: Constantin Patsalas

16:43 

Хочешь песенку в награду?
Из Washington Post от 14 июня 1978 года:

Erik Bruhn, who hasn't danced this much in ages, partnered the lovely Karen Tessmer of the National Ballet of Canada in the world premiere of "In the Mists" by Constantin Patsalas. The choreography reflects the elegiac tone of the piano vignettes. Bruhn glowed with his nobility of old, recalling that he's one of the century's greats: Tessmer matched him with subtly shaded dynamics.
"In the Mists" had something of the flavor of Antony Tudor in its wan romanticism.


Шиппер есть шиппер есть шиппер: сходит с ума от умиления и радости, потому что Константин всего-навсего поставил маленькое па-де-де для Эрика. Казалось бы: ну и что, кто только для Эрика не ставил всякое-разное, вот и Константин поставил, и ничего в этом особенного нет. Но я шиппер, я вижу в этом вполне профессиональном деле что-то поразительно трогательное. И мне ужасно интересно, кто, собственно говоря, был инициатором постановки: сам ли Константин решил поставить In the Mists для Эрика, или наоборот - Эрик его подтолкнул: мол, ну поставь для меня что-нибудь, у тебя же хорошо получается. Не узнать, конечно, а хотелось бы узнать. И еще узнать, как проходили репетиции, и какие были костюмы, и не сам ли Константин эти костюмы и придумал, и как оно все выглядело целиком, и как его принимали зрители и критики, и вообще, дайте мне просто видеозапись, я знаю, что ее нет, а все равно дайте.
Да, и чтоб два раза не вставать: в мартовском Dance Magazine за 1987 год в статье Майкла Крэбба, посвященной, собственно говоря, постановке балета "Веселая вдова" в НБК, прочитала небольшую порцию сплетен о состоянии труппы после смерти Эрика. Крэбб называет Константина Эриковым протеже и замечает, что некоторые танцовщики были категорически против его назначения в качестве artistic adviser в команду к Валери Уайлдер и Линн Уоллес, потому что считали, что Константин будет оказывать нежелательное влияние на художественную политику труппы. Во какие страсти. Интересно, что если, допустим, судить по мемуарам Фрэнка Аугустина, то складывается впечатление, будто "некоторые танцовщики" были скорее против Валери и Линн, поскольку считали, что те не в состоянии служить полноценной заменой нормальному худруку, тем более такому, как Эрик. Но имен не называет ни Крэбб, ни Аугустин, так что можно лишь гадать, кто там был "за", кто "против", кто с кем против кого дружил и как вообще труппа отреагировала на уход Константина. Впрочем, думаю, так и отреагировала: "отряд не заметил потери бойца". Оно и правильно, ну не разваливаться же из-за его ухода.
А все-таки интересно, какого-такого "нежелательного влияния" Константина на художественную политику труппы опасались "некоторые танцовщики"? Но тут я не смею даже ничего предполагать, информации недостаточно.

@темы: Constantin Patsalas, Erik Bruhn

00:11 

Хочешь песенку в награду?


Очередная статья из "Торонто Стар" (от 18 августа 1986 года) посвящена, среди всего прочего, последнему балету Константина для НБК - па-де-труа Lost in Twilight. Тон Вильяма Литтлера скорее кисел, чем сладок, впрочем, это па-де-труа, судя по всему, и впрямь не относилось к числу творческих удач Константина. Интересно другое. В Dance Magazine (февральский номер 1987 года) я прочитала еще одну рецензию на Lost in Twilight, тоже вполне кисловатую, но с любопытным замечанием в конце: "Amateur psychologists in the audience were sure that Twilight was the choreographer's tribute to the late Erik Bruhn and that the celestial females represent two significant women in his life". Разумеется, сказала я, но с какой стати? И немедленно начала считать на пальцах женщин в жизни Эрика: мать, тетушка Минна, Соня Арова, Инге Санд, Сьюз Уолд, дамы из семейства Шрам, Карла Фраччи, Наталия Макарова, Бетти Олифант, Селия Франка, кто там еще, Мария Толчиф, Нора Кайе, Алисия Маркова, Кирстен Симоне, черт возьми, да этих significant women в жизни Эрика было столько, что сцены не хватит, чтоб их всех вместить! Да и вообще... ох уж мне эти доморощенные психологи-любители в зрительном зале! Я вот тоже как стану таким психологом и знатоком, как напомню всем про "Игры" Нижинского и замещение мальчиков девочками, чтобы зрители абы чего не подумали, как приложу эту идею к Lost in Twilight, как скажу, что в образах celestial females хореограф изобразил себя самого и еще кое-кого из жизни Эрика - и черта с два меня кто-нибудь разубедит и опровергнет.:crznope:
Интересно, что на фотографии Lost in Twilight в "Торонто Стар" Рекса Харрингтона нет и в помине, только Гизелла Витковски и Ронда Ничка. Кажется, дело там не обошлось без женского дуэта, и это приятно. Женские дуэты я люблю.

@темы: Constantin Patsalas, Erik Bruhn

14:57 

Хочешь песенку в награду?
Нашла у себя в запасах статейку из Торонто Стар, которую до сих пор не выкладывала. Номер от 6 февраля 1983 года, воскресная рубрика "Дома у мамы знаменитости". В роли знаменитости - Константин Патсалас, в роли дома - его дом (да, Мейнерц, его дом, а вовсе не дом Эрика). Фотографии черт знает какие, хорошо еще, на gettyimages удалось выцепить один снимок из этой статьи в хорошем качестве. Не знаю почему, но сама статья меня очень смешит, чего стоит только описание девятилетнего ремонта и скитаний Константина в поисках завтрака в разгар зимы - и ремонта кухни.
Что-то сталось с тем домом и с обстановкой в нем? Впрочем, можно себе представить: все продали, да и дело с концом.

Изображение - savepic.ru — сервис хранения изображений

@темы: Constantin Patsalas

16:05 

Хочешь песенку в награду?
Господи, пошли мне человека, записанного в нью-йоркскую публичку или в торонтскую публичку, или еще в какую-нибудь американскую библиотеку, где есть возможность добраться до вот этих документальных фильмов: Canadance, Veronica Tennant, a dancer of distinction, For the love of dance. Ну или хотя бы пошли мне человека, согласного продать мне эти фильмы - так даже лучше, плевать, что на VHS, у меня теперь есть надежная контора для оцифровки, было бы что оцифровывать. Нет, серьезно, мне зверски хочется увидеть эти фильмы, но я решительно не представляю, куда бежать и кого просить, чтобы получить к ним доступ. Интересно, эти библиотечные записи можно копировать для личного использования? Хотя вряд ли. Насколько я понимаю, For the love of dance и Canadance выпускали на VHS для продажи, не уверена насчет документалки про Веронику Теннант. Но черт возьми, хоть бы кто-нибудь выставил их на продажу, что ли. Мне позарез надо, да. Там Эрик и Константин.

UPD. Ну вот, нет документалок, которые мне интересны, приходится довольствоваться тем, что есть. На youtube нашлась документалка "Blue Snake", про одноименный балет Робера Дезрозье и постановку этого балета в НБК в сезоне 1984/85 (премьера состоялась в феврале 1985 года). Оцифровка паршивая, звук никудышный, качество картинки тоже оставляет желать, но там есть немножко Эрика. Совсем чуть-чуть, но все равно приятно. Сначала он появляется примерно на 6:01, а потом еще во время репетиции (и дивно ухмыляется на 6:49). В общей сложности, он в этом фильме фигурирует не дольше минуты, но целая минута Эрика - это много. И кроме того, на него просто приятно смотреть (ох, какие же у него тонкие руки!).


запись создана: 30.03.2016 в 13:45

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

15:57 

Хочешь песенку в награду?
Мало надо маньяку для счастья: прочитал он в очередном Dance Magazine за 1974 год сообщение в одну строчку о том, что осенью в Национальном балете Канады грядет премьера балета Константина Патсаласа Inventions, - и доволен так, будто прочитал огромную комплиментарную рецензию на пять страниц с фотографиями.
Заодно появился повод выложить еще раз уже вывешенную когда-то фотографию: Константин как раз на репетиции Inventions. Очень я ее люблю, Константин здесь прелестен, как черт.


@темы: Constantin Patsalas

02:18 

Хочешь песенку в награду?
Что бы такое выложить об Эрике перед сном? Ну вот, допустим, статью Уильяма Литтлера из "Торонто Стар" от 22 мая 1986 года.

Lost prince honored


Erik Bruhn wanted no formal funeral. When the artistic director of the National Ballet of Canada died of lung cancer in Toronto April 1, his ashes were flown back to his native Denmark for a quiet burial.
But as much as he despised ceremony, the Danish dancer was a man of the theatre and it would not have been like him to exit from life's stage without a farewell performance. That performance took place last night before a capacity audience of his friends and colleagues in O'Keefe Centre.
It bore the title A Tribute To Erik Bruhn and a tribute it was. There were dances, there were speeches, there were reminiscences. And at the end there was the voice of Janice Taylor, singing the music he wanted sung: Mahler's Ich bin der Welt abhanden gekommen - I have become a stranger to the world.
The evening began with excerpts from the impressive list of ballets he had commissioned during his three short years at the National Ballet's helm. And what a smorgasbord they made: Glen Tetley's Alice, Danny Grossman's Hot House, Robert Desrosiers' Blue Snake, David Allan's Villanella, Constantin Patsalas' L'Ile Inconnue, David Earle's Realm.
But as if to take the starch out of our solemnity, there was also the peacock (or should that be peahen) figure of Karen Kain, flouncing her costumed tail before a nearly-nude chorus line of boys in a provocative number from Patsalas' Oiseaux Exotiques.
Yes, Erik Bruhn wanted us to have a good time at his last performance. Patsalas told us so, recounting a hilarious dream his long-time friend had of having to go on as Myrtha, Queen of the Wilis, in Giselle - the only role that night not being danced by Rudolf Nureyev.
Nureyev had visited his friend at his hospital bedside shortly before his death but was in Japan dancing last night and sent his tribute greetings by proxy. So did Mikhail Baryshnikov, Margot Fonteyn, Jerome Robbins, Anthony Dowell, Ninette de Valois and a host of others.
Still others spoke in person, led off by Celia Franca, founding artistic director of the National Ballet, glass in hand, saluting the portrait of her one-time dancing partner projected on a screen and addressing him as if he were actually there.
He was there, courtesy of filmed excerpts from Don Quixote, La Sylphide, Etudes and Giselle, literally catching the audience's breath with the virtuoso precision of his classical technique and the magnificence of his carriage.
"We have lost our prince," said Betty Oliphant, artistic director of the National Ballet School. No one disagreed with her.
William Como, editor of Dance Magazine, Helgi Tomasson of the San Francisco Ballet, Flemming Flindt of the Dallas Ballet and Frank Andersson of the Royal Danish Ballet spoke of his inspiration to dancers, his moral authority, his enduring example.
And the National Ballet's Veronica Tennant and Gregory Osborne spoke of their personal debt to him.
But when words failed there were two final, touching tributes in movement by three of the world's greatest dancers.
Natalia Makarova, her arms rippling as if boneless, danced The Dying Swan and one of ballet's greatest jumpers, Fernando Bujones, partnered Carla Fracci in excerpts from La Sylphide.
Partnered her part of the time, that is. The rest of the time Fracci danced with extraordinary tenderness opposite the ghost of her favorite partner, in whose vacant chair she had placed a bouquet of flowers.

Кстати, хочу напомнить, что в книге Мейнерца этот странный и скорее страшный сон Эрика о том, что ему пришлось исполнить роль Мирты, изложен более подробно. Мейнерц дает понять, что воспользовался какими-то записями Константина. Возможно, Константин, выступая на вечере в память Эрика, нарочно представил этот сон забавным, чтобы не нагнетать обстановку. В изложении Мейнерца он выглядит скорее мрачно-макабричным, чем веселым или смешным. С другой стороны, не стоит забывать, что у Эрика чувство юмора было специфическое, и может быть, ему самому этот сон показался смешным - и рассказал он о нем Константину, как о чем-то смешном, мол, приснится же такое. Черт его знает. Мейнерц еще дает понять, что этот сон Эрик увидел в последний месяц своей жизни - но в больнице ли это было или еще раньше, дома, неясно. В последний месяц жизни Эрику снились сны о балете почти каждую ночь - по крайней мере, об этом тоже говорит Мейнерц, опираясь на неизвестный источник, может быть, на все те же записи Константина. И если это так, то значит, они не только снились - но Эрик рассказывал о них Константину. И черт возьми, до чего же это трогательно. Впрочем, я вообще уже перестаю быть объективной: чем больше узнаю об Эрике и Константине, тем трогательнее они мне кажутся - вдвоем, как пара. Мейнерц со мной не согласится, но я от его несогласия не умру.

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

20:29 

Хочешь песенку в награду?
Вы как хотите, а я от рецензии Эрика Ашенгрина на последний балет Константина Патсаласа Das Lied von der Erde взлетела под потолок и стала по этому потолку бегать, и все никак не успокоюсь. Это на меня сегодня рухнули сразу две подшивки Dance Magazine - за 1974 и за 1988 годы, типа компенсация за утраченный сегодня же зуб мудрости. Впрочем, с мудростью у меня всегда была напряженка, зато Dance Magazine у меня опять столько, что девать некуда. Причем подшивка за 1974 год - это все двенадцать номеров в одном твердом переплете, здоровенный томище, которым можно кого-нибудь убить. А номера за 1988 год - все по отдельности, как и положено, и в июльском номере я и прочитала ту самую рецензию, которую сейчас перепишу.

Constantin Patsalas has created Das Lied von der Erde for the Royal Danish Ballet and dedicated the work to the memory of Erik Bruhn. It premiered on March 11. Patsalas follows rather closely the line in Gustav Mahler's six songs, and the choreography is often a direct illustration of the text.
Mahler's work as well as Patsalas's ballet is a farewell to life, but where Mahler arrives at a serenity looking back at his life and seeking a sort of consolation in the continuing cycle of life and nature, Patsalas's ballet seems more concerned with the fact that death is our follower from the very beginning of our lives. This impression is partly due to Jean Voigt's scenery and costumes, which have a touch of morbid decadence. Choreographically the ballet is uneven, but it is held together by an idea, and it does give an opportunity to a young dancer to create a big role.
Nikolaj Hübbe is sensitive, touching, and strong as the young man marked by death from the beginning. He is a more a spectator of life than a participant in it. He sees the different young women running away with other men, and Patsalas slightly suggests that his impotence to life is not only due to the idea of death. He seems damned to be an outsider - a romantic, isolated hero or a man longing more for a relationship with another man than with a woman.
Besides the role for Hübbe, who is the new shining male star of the Royal Danish Ballet, Sorella Englund makes an impression as the death figure, a lavishly dressed woman whose stage appearance as well as her relationship to the young man elicits assotiations with Jean Cocteau myths about a young man and death. Around these two central figures more than forty dancers appear onstage as well as youngsters from the ballet school.

Мне, конечно, хватило бы для полного счастья и информации о том, что Константин посвятил этот балет памяти Эрика. Но все, что пишет Ашенгрин о Das Lied von der Erde, восхитительно щекочет мне нервы: прощание с жизнью, морбидность, гомоэротизм, одиночество главного героя и его неспособность жить, его отношения со смертью, - все это невольно заставляет меня думать о том, что Константин вполне осознанно прощался с жизнью в этом балете. Может быть, он уже знал, что скоро умрет (а умер чуть больше чем через год).
И пусть трудно судить о балете и исполнителях только по паре фотографий и по одной рецензии, но я ужасно рада, что Константин выбрал на главные роли именно Николая Хюббе и Сореллу Энглунд. Я их обоих очень люблю.
Вот и пара фотографий, кстати. Одну я когда-то выкладывала, вторую - нет, пусть будут обе. Николай Хюббе и Сорелла Энглунд, юноша и смерть в последнем балете Константина Патсаласа Das Lied von der Erde. Это превью, полный размер открывается по клику.


@темы: Constantin Patsalas, Erik Bruhn, Не только Дягилев или "вообще о балете"

13:42 

Хочешь песенку в награду?
Открываю четвертую сотню записей с тэгом "Erik Bruhn". Крепко же меня приложило. Да и год сейчас грустно-юбилейный: идет март, последний месяц жизни Эрика. Интересно, вспомнит ли балетная общественность первого апреля, что тридцать лет назад Эрик умер: в четырнадцать часов сорок пять минут по канадскому времени, во сне (ну, вроде бы во сне). Ладно, я не балетная общественность, я об этом вспомню. И непременно приплету ведь опять Константина, потому что в этой истории мне жаль его едва ли не сильнее, чем Эрика.
О, кстати, о смерти Эрика, пока не забыла: забавные расхождения в некрологах в вопросе о родственниках, переживших его. В некрологе в Торонто Стар написано: "Bruhn is survived by a sister in British Columbia". В некрологе в Dance Magazine (июньский номер 1986 года): "There are no survivors". Благодаря Мейнерцу мы теперь точно знаем, что старшая сестра Эрика, Осе (не та, что жила в Британской Колумбии, не Бента, а другая - та, что жила в Дании), - тоже пережила его, причем на много лет. Так что утверждение в некрологе Dance Magazine об отсутствии "survivors" - это большое преувеличение, "survivors" были. Ну и я сама тихо считаю про себя, что если б на момент смерти Эрика было принято, как сейчас, указывать в качестве "survivors" не только супругов и родственников, но и однополых гражданских партнеров, то Константин почти наверняка бы попал в число этих "survivors" Эрика, что бы там ни считали Мейнерц и его информантка Ликке Шрам о прекращении связи между Эриком и Константином аж в 1983 году (потому что - ну при всем моем уважении к Ликке Шрам - ей-то откуда было знать?).
Ой, ладно. Меня потащило в траурную тему, а я хотела совсем не об этом, я хотела показать очередную жизнеутверждающую фотографию, пусть и опять изуродованную водяным знаком. Эрик Брун и Мария Толчиф в окружении каких-то людей из Боливии, 1961 год. Очень интересен тут Эрик: улыбается в объектив, но при этом нервно сжимает, почти ломает пальцы. И вид у него порядком измученный (то ли спектакль его вымотал, то ли Мария, то ли всё вместе).


@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

14:04 

Хочешь песенку в награду?
Задаешь в гугл запрос "bruhn patsalas" - первой же строкой вылезает тэг Erik Bruhn/Constantin Patsalas в АО3. Чувствую себя популяризатором и главным шиппером во вселенной. А еще мне на АОЗ оставили кудос на этот текст. Один отзыв и один кудос - это, в общем-то, неплохой результат для текста про людей, о которых никто толком не знает. Горжусь.
Для окончательного счастья оставлю еще мрачного, меланхоличного, несчастного Эрика из "Лебединого озера". Прелесть же какой принц. Такого только утопить, что, собственно говоря, лебеди с ним и проделали в конце спектакля.


@темы: фики, Erik Bruhn, Constantin Patsalas

07:45 

Хочешь песенку в награду?
Ну вот, собралась, через полчаса отчаливаю опять в Данию. Сонная, как осенняя полосатая муха, а все почему? Потому что ложиться надо вовремя, а не читать dance magazines, приговаривая: "Ну, еще один номер, и спать". Все надеюсь, видите ли, отыскать там что-нибудь про Константина, хотя уже поняла, что дело это дохлое. Последнее, что удалось о нем раздобыть: новость о том, что в грядущем сезоне (вероятно, 1985-86 все-таки, хотя новость появилась в одном из журналов за первую половину 1984 года) он берет временный тайм-аут от хореографии и уезжает в путешествие по Египту, Европе, Азии и еще чему-то, сейчас нет времени смотреть, по чему именно. В общем, соответствует сведениям, вычитанным у Карен Кэйн: действительно, уезжал он, по гранту, полученному от Канадского совета по вопросам искусства или как там этот орган называется, опять же, сейчас смотреть некогда и лень. И прямо вижу, как перед отъездом очень настойчиво просит Эрика есть ну хоть раз в день! ну хотя бы через день! А Эрик ворчит: вали, мол, уже, вали, и притворяется, что ему все равно, что Константин уезжает. Хм. Ладно, я по-прежнему махровый шиппер, если кто-то еще не понял.
Выложу-ка я перед отъездом кое-что сосканированное из майского номера Dance Magazine за 1981 год. Это прочувствованная статья Уильяма Комо, главреда Dance Magazine, плюс прекрасная фотография прекрасного Эрика в роли Альбрехта. Всем смотреть, читать, любоваться и радоваться. А я поехала сильфидиться, вернусь и доложу, как оно было.


@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas, "Giselle"

14:13 

Хочешь песенку в награду?
Майкл Крэбб в ноябрьском номере Dance Magazine за 1984 год решительно АСУЖДАЕТ "Экзотических птиц" Константина и обзывает их кричащим и вульгарным бурлеском. А публика, мол, аж вопила от восторга - ну, в общем, что с этой публики взять? Господи, нельзя же быть таким серьезным, господин Крэбб. Ну да, это балет-кабаре, но что в нем плохого, я решительно не пойму. Хотя... ну да, Крэбб-то видел его целиком и вживую, а я - только два отрывка на видео и веселые репетиции. Но все равно, сдается мне, Крэбба просто смутили страусиные перья и петушьи хвосты у женщин и почти полное отсутствие одежды у мужчин.
А еще в том же номере есть интервью с Эриком, и Эрик там чудесно рассказывает, как торговался с Рудольфом из-за его выступлений в "Спящей красавице" ("Я сказал ему, что мы возвращаем в репертуар "Спящую красавицу", и спросил, не может ли он приехать и проследить за репетициями. Он долго молчал. Я спросил: "Ты еще здесь?". Он сказал: "А разве ты не предложишь мне выступить в "Спящей"?". Я сказал: "Ну конечно, Рудик!". Он спросил: "А сколько спектаклей ты мне предложишь?". Я сказал: "Два". Он сказал: "Пять!". Я сказал: "Три". Он сказал: "Окей, четыре!".). Я не могу, Рудик - это просто прелесть, да и Эрик от него не отстает. А еще Эрик вспомнил, как позвонил Рудольфу в Париж в первый день работы Рудольфа в качестве худрука Парижской Оперы и спросил: "Ну, как у тебя дела?". А Рудольф ответил: "Нормально. Я рассердился только три раза".
А еще Эрик рассказал, как вспоминал с Рудольфом 1964 год и их общую "Сильфиду" в Канаде - первую "полнометражную" "Сильфиду" для Рудольфа - и как Рудольф сказал: "Боже мой! Быть не может, что это было двадцать лет назад!". И вообще, даже по этому интервью, которое, собственно говоря, не должно касаться отношений Эрика и Рудольфа, а должно касаться работы Эрика в качестве худрука НБК, видно, как же крепко Эрик до сих пор любит своего Рудика. Черт знает что, это ужасно умилительно.

@темы: Constantin Patsalas, Erik Bruhn

Черновики и черт

главная