• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: constantin patsalas (список заголовков)
19:22 

Хочешь песенку в награду?
Опять пошла маета с текстом: бросить - не вариант, а то, что получается, кажется мне ужасным. Я и раньше писала манерно, а сейчас что-то уж совсем. И хоть "успокаиваю" себя тем, что все равно никто этот сумбур вместо музыки читать не станет, добро если найдутся один-два читателя, но это тоже не лучшее утешение. Мне перед собой стыдно за то, что я плохо пишу. Не исключено, конечно, что когда я этот текст все-таки закончу и вынырну из него, отдышусь и опомнюсь, то через какое-то время он мне покажется более-менее сносным. Но не исключено, что он и покажется, и окажется отвратительным. В общем, как-то так все, брат Пушкин, и писать очень трудно.
Почти тридцать восемь тысяч слов, почти шесть авторских листов. Теперь уже ясно, что потом, когда буду редактировать, придется делить все написанное на главки. А пишу сплошь, единым текстом (но не духом), но то и дело появляются дыры, требующие заполнения. А вообще я понимаю, почему стала его писать: от нехватки информации о Константине и о его отношениях с Эриком. Когда нет достаточного количества достоверных сведений, начинаешь с горя фантазировать. Но остатки стыда еще сохраняются, и чувствуешь себя неловко оттого, что тычешь своей фантазией в когда-то живых людей. А остановиться уже не можешь.
Ладно, мне просто захотелось в очередной раз поныть. У меня всегда так бывает, когда я влипаю в текст, особенно в большой текст. Где-то ближе к концу выдыхаюсь и начинаю заламывать руки и причитать. Не обращайте внимания.

@темы: Constantin Patsalas, фики

02:27 

Хочешь песенку в награду?
Перечитывала у Каваны страницы о смерти Эрика и поняла, что теперь, после Мейнерца и Карен Кэйн, совершенно по-другому воспринимаю фразу из последнего письма Эрика Рудольфу (от 10 января 1986 года): "Death is very confusing and upsetting but something that we must accept". Кавана называет это последнее письмо Эрика пророческим, хотя и утверждает, что тогда Эрик еще понятия не имел о своей смертельной болезни. Но может быть, права Карен Кэйн, считавшая, что Эрик знал о своем диагнозе еще тогда, когда все вокруг ничего не подозревали, и в таком случае эта фраза из письма приобретает дополнительный смысл: Эрик говорит не только о смерти Люсии Чейз и о смерти молодого дирижера НБК, погибшего в автокатастрофе (об этих смертях идет речь в письме), но и о своей собственной грядущей смерти, которую Рудольф "должен принять". Может быть, это в самом деле так. Может быть, нет, и это действительно лишь совпадение. Мейнерц в своей книге приводил свидетельство Ликке Шрам: когда она видела Эрика в последний раз, на Рождество 1985 года, он рассказал ей, что врачи нашли у него в легких какие-то затемнения, и добавил, что пройдет серьезное обследование, когда вернется в Торонто. Не исключено, что он успел пройти это обследование в конце декабря - начале января и уже знал о своем диагнозе, когда писал Рудольфу письмо, ставшее последним. Все это домыслы, конечно, но тут - как в случае с Константином, сжигавшим какие-то бумаги Эрика якобы в припадке безумия, а может быть, и вполне в здравом уме, - тут все может быть не так очевидно, как кажется на первый взгляд. А может быть, я умножаю сущности и ищу связи и подтексты там, где их нет. Тоже не исключено.
О, кстати, о Константине. Поразительно, как у меня вылетел из головы крохотный эпизодик с ним же, который Кавана описывает со слов Мод Гослинг (ну, а Мод, само собой, опирается на рассказ Рудольфа). Даже перепишу его, чтоб не забыть снова: "The following day he went to the hospital again, where Constantin was in the room with Erik. "Don't worry," Rudolf heard him whispering. "It will be wonderful up there. You'll find lots of friends." "Rudolf was shocked by that," said Maude. "It was the sort of thing he would never said." Erik, however, was now oblivious to anything and anyone". Ну, и так далее. Что я хочу сказать по этому поводу? Что Константин, похоже, был совершенно раздавлен болезнью и умиранием Эрика. И это он себя, а не Эрика, пытался вот так бессмысленно утешать. И однако же крепко поразили Рудольфа эти случайно подслушанные слова, раз он их запомнил и потом пересказал Мод.
А в общем... не знаю, что в общем. Опять всех жалко. И Эрика, и Рудольфа, и Константина, и всех остальных участников этой истории, того же Леннарта Пасборга, например.

@темы: Rudolf Nureyev, Erik Bruhn, Constantin Patsalas

20:11 

Хочешь песенку в награду?
Стою на Сан-Микеле под проливным слепым дождем, слушаю нагло мяукающих чаек, смотрю на даты жизни и смерти Дягилева, и вдруг до меня доходит: он умер в пятьдесят семь лет, совсем как Эрик. Потом мысль перескакивает на Константина: умри он в Венеции - лежать бы и ему на Сан-Микеле, в греческой части кладбища, там, где Дягилев. А Эрика похоронили бы в лютеранской части, там, где Бродский - и не только Бродский. Датчане там тоже есть.
Хотела купить на Сан-Микеле лилию Дягилеву, в прошлом году там продавали цветы. А в этом году никого нет, всех цветочниц дождь разогнал. Пошла без цветов, подхожу к могиле - а там лежит свежая белая лилия, именно такая, какую я и хотела принести Дягилеву. Я так обрадовалась, как будто сама ее принесла.
К столбикам памятника опять привязаны пуанты, старые, грязные, с какими-то надписями. В прошлом году мне это казалось ужасной пошлостью, а в этом году я растрогалась. Страшно подумать, что будет в следующем году! Наверно, сама начну украшать дягилевскую могилу пальцевыми туфлями.
А когда уже ушла с кладбища на остановку вапоретто, выяснила, что где-то посеяла проездной. Ума не приложу, когда и как умудрилась! Туда ехала одну остановку, точно помнила, что положила билет в сумку. Собралась обратно - нет билета. Так и не нашла. Ну не Дягилев же его утащил!

@темы: веницейской жизни, мрачной и бесплодной, Дягилев и все-все-все, Erik Bruhn, Constantin Patsalas

16:00 

Хочешь песенку в награду?
Чемодан собирать? Да ну, успеется, лучше заполнить как бы анкету по итогам года.

Человек года: Эрик Брун.
Замчеловека года: Константин Патсалас
Фотография года:
- человек и замчеловека.
Балет года ("живой"): "Смерть в Венеции" в Гамбурге и "Татьяна" в Стасике в Москве. И все это - Джон Ноймайер.
Балет года (в записи): "Жизель" с Карлой Фраччи и Эриком Бруном и "Дама с камелиями" с Аньес Летестю и компанией из Опера де Пари.
Балерина года: Валерия Муханова и Каролина Агуэрро.
Балетный танцовщик года: Ллойд Риггинс и Вячеслав Лопатин.
Вожделенный, но не увиденный балет года: "Сильфида" в постановке Николая Хюббе с Николаем Хюббе в роли господина Мэджа.
Газета года: старые подшивки Toronto Star.
Журнал года: Dance Magazine.
Книга года: Erik Bruhn - billedet indeni.
Сериал года: третий сезон "Ганнибала", конечно.
Язык года: датский в смеси с английским.
Документальный фильм года: Erik Bruhn - I'm the Same, Only More.
Поэт года: Бродский.
Мемуары года: Movement Never Lies Карен Кэйн.
Биография года: Nureyev: The Life Джули Каваны.
Кладбище года: Сан-Микеле.
Город года: Венеция.
Поездка года: в балетный Гамбург.
Болезнь года: балетомания.
Любовь года: отсутствует, если не считать легкого крэша к Валерии Мухановой (или не "к" ней? не знаю, какое тут выбрать управление).
Общее ощущение от этого года: черт знает что творится, добром все это не кончится, пренебречь, давайте смотреть балет.

@темы: John Neumeier and his ballets, Не только Дягилев или "вообще о балете", Erik Bruhn, Constantin Patsalas, Carla Fracci

15:07 

Хочешь песенку в награду?
Кто-то опять приходил ко мне в дневник в поисках Константина, а я вспомнила, что хотела выложить отрывок из одного обзора спектаклей НБК, касающийся его Canciones. Эту рецензию тем интереснее читать теперь, когда можно отчасти сравнить ощущения рецензента со своими собственными ощущениями от этого балета. Хотя рецензенту повезло больше, он видел этот балет целиком на сцене. Можно ему позавидовать.
Итак, Dance and Dancers, августовский номер 1983 года, статья "Toronto" (исчерпывающее название, между прочим):

The two most valuable dancers of the National Ballet of Canada are Veronica Tennant and David Nixon. <...> Constantin Patsalas has made good use of Tennant's sultriness and Nixon's passion in his ballet Canciones, casting her with the technically able, but boringly expressionless Kevin Pugh, and him with the talented but lately too self-conscious Sabina Allemann. It is a ballet of the Dances at the Gathering genre, to ten contemporary Spanish love songs, from passionate to playful. It is the work I prefer of Patsalas's so far dealing not with lofty ideas but with human emotions, and often quite lightheartedly too. There are moments where a nice intimacy is achieved, contrasted of others with sparkle and virtuosity. The few Spanish movement are discreetly observed from authenticity.

Не удержалась, вырезала гифку из фильма: Константин с полотенцем. Жаль, конечно, что качество исходного видео оставляет желать и все такое.


@темы: Constantin Patsalas

14:23 

Хочешь песенку в награду?
Развлечения ради гуглила картинки с Патсаласом. Гугл честно отправлял меня на мой дневник, ну кто бы сомневался. Почта ничего мне не отдает, сволочь такая, и даже дайри-магия на нее не действует. Или это таможня сволочь? Неважно, главное - мне ничего не приходит. В том числе видеокассета с Bold Steps - документалкой про НБК, где обещан мне отрывок из "Экзотических птиц" Константина. И я еще тихо надеюсь, что там есть и сам Константин, который - чем черт ни шутит! - что-нибудь даже и говорит. Очень хочется послушать его голос.
Мой текст про Эрика и Константина перевалил за тридцать тысяч слов. Мда. Графогигантомания неизлечима. Не успею я его до нового года (и Италии) закончить. А если и закончу, то не успею перебелить. Ну да ладно.
Давненько я не выкладывала статьи из Торонто Стар. Вот, принесла очередную - от 20 ноября 1986 года. Посвящена она - см. дату - скандалу вокруг Piano Concerto и разрыву Константина с НБК.

Choreographer says fears came true


Notwithstanding his abrupt departure from the National Ballet in September, and his attempt to have the Supreme Court of Ontario bar the company from performing one of his ballets, Constantin Patsalas was still listed on the program handed out in the O'Keefe Centre last night as resident choreographer.
Moreover, the ballet in question, Piano Concerto, now titled Concerto For The Elements: Piano Concerto, was performed as scheduled, with a skeptical Patsalas in the audience.
How did the National Ballet perform Piano Concerto without its choreographer's co-operation and participation? By using videotapes and the memories of those who had taken part in or witnessed the ballet when it was unveiled in May of last year.
At that time it was introduced as a revision of a work set to Alberto Ginastera's First Piano Concerto, which had originally won first prize in the Boston Ballet's First International Choreographic Competition in 1979.
Inspired by the power of nature, embodied in waterfalls, plants, birds and so forth, the ballet's four movements (the concerto's second movement hadn't been used in the Boston version) ostensibly interpret the four elements identified by the Ancient Greeks (the choreographer's ancestors) as the basic constituents of all matter.
But while the imagery sculpted by the dancers can often be reconciled with the elements of earth, air, fire and water - Nicholas Cernovich's lighting even projects flames during one section - the music to which they dance is abstract, with its own powerful rhythmic and dynamic profile (hammered out with over- amplified, percussive impact last night by the Argentine pianist Luis Ascot) to which the dancers also respond.
The result is a ballet often divided in focus, albeit full of sensuous visual imagery, reinforced by the mottled leotards Patsalas himself designed for the dancers.
Several of last night's dancers also performed in the premiere, among them the energetically leaping Kevin Pugh, the lightly flitting Karen Tessmer (partnered by a wonderfully pliant, almost elfin Owen Montague) in the Scherzo, and the lyrical trio of Ronda Nychka, Rex Harrington and John Alleyne in the Adagissimo.
And how did the choreographer respond to their efforts?
"It was an evening at the improv," he remarked, sadly, during intermission. "I don't blame the dancers. They did their best. But there was no delicacy, no sensitivity. All four movements looked the same to me."
In other words, what happened last night was what Patsalas had feared would happen. The ballet he saw performed was not Piano Concerto as he had wanted to see it.
Alas, my own memories of the 1985 premiere aren't vivid enough to refute or substantiate his criticism. While it was easy enough to recognize last night's presentation as the same ballet that was danced in May 1985, it was also easy to see what Patsalas meant about a similarity of body articulation throughout last night's performance that diminished differences between movements.
What now? Well, flawed as it may be, Concerto For The Elements: Piano Concerto still possesses kinetic life and will presumably remain in the repertoire as long as the National Ballet wants to dance it.
As for Constantin Patsalas, he has reportedly embarked on a wrongful dismissal suit against the company. A productive relationship appears to be at an end.
Under the circumstances, the two remaining works on this week's mixed bill, Maurice Bejart's Song Of A Wayfarer (danced with commitment by Raymond Smith and Tomas Schramek) and Harald Lander's Etudes (in which Martine Lamy confidently stepped in to replace the injured Yoko Ichino part way through) can only be mentioned in passing.

@темы: Constantin Patsalas

00:30 

Хочешь песенку в награду?
Перевожу материал про борьбу с эпидемией ВИЧ: тема интересная, но язык невыносимый, к концу дня я уже ничего не соображаю. А пока перевожу и еще что-то соображаю - думаю о Константине, одном из "и др." в перечне жертв СПИДа. И опять чувствую безумную жалость к нему - даже не из-за ранней, без- и преждевременной его смерти, а из-за того, что вместе с ним умерли его балеты. Именно это исчезновение балетов делает его смерть особенно трагичной. Очень трогательно (ну, для меня трогательно) написал об этом Джеймс Нойфельд в "Passion to Dance": "In L'Île Inconnue, the National had embodied for Patsalas his vision of romantic yearning for an unknown destiny. In his own life, that yearning spent itself in a bitter separation from the company that had been his home, a separation that effectively thwarted the possibility of keeping his memory alive through the performance of his work".
Эх, ладно, все я пишу одно и то же (потому что информации мало). И фотографий тоже мало, а иногда так хочется выложить что-нибудь - ну, пусть старое, но хорошее, вот как этот снимок Эрика и Константина из книги Грюна (скан norakura). Такие оба счастливые (а Константин еще и клыкастый), радостно на них смотреть.


@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

19:02 

Хочешь песенку в награду?
Забыла сказать (да и кому это, кроме меня, интересно?): в "Dance today in Canada" я отыскала все-таки фотографию с Константином. Сама себе тут же присвоила звание заслуженного маньяка и патсаласофила. Но надо быть очень дотошной сволочью, чтобы опознать его по глазу, носу и пряди волос. На фотографии с "танцем рыцарей" из "Ромео и Джульетты" он виден во второй линии кордебалета, лицо наполовину скрыто, но этот резкий профиль ни с чем не спутаешь. Сканировать, я думаю, бесполезно, да и вряд ли кого-нибудь эта фотография заинтересует. Но мне было так радостно оттого, что Константин там есть.
Ну, вместо фотографии несу очередную статью из "Торонто Стар": от 7 февраля 1982 года.


@темы: Constantin Patsalas

17:03 

Хочешь песенку в награду?
Получила огромный том "Dance today in Canada", издание 1977 года. Ожидала большего - не в смысле объема, а в смысле информативности. И меня выбил из колеи подбор фотографий: там представлены все более-менее крупные танцевальные канадские компании того времени, в том числе, конечно, и НБК. Но кто, кто надоумил составителей проиллюстрировать деятельность НБК почти исключительно при помощи фотографий из "Ромео и Джульетты" и "Тщетной предосторожности"? Есть, конечно, снимки из "Лебединого озера" (ужасные), из "Спящей красавицы" (невыразительные), из "Щелкунчика" (одна или две фотографии), но в основном - РиДж и Тщетка, Тщетка и РиДж, пока из ушей не полезут. Даже из "Сильфиды" - всего одна фотография, да и та с Мэдж (а в роли Мэдж, увы, не Эрик и не Константин). Из интересного: две хорошие фотографии из "Kisses" Энн Дитчберн (в том числе с дуэтом Мэри Яго и Ванессы Харвуд) и целая одна отвратительная фотография из "Черных ангелов" Константина. На этой фотографии почти ничего не разобрать, видны только руки Нади Поттс и Фрэнка Аугустина. Черт возьми, ну неужели нельзя было найти снимок повыразительнее, чтобы читатель мог хоть немного понять, что это был за балет? Не везет "Черным ангелам": все фотографии этого балета, что мне встречались, были абсолютно невразумительны.
Но кстати о "Kisses" Энн Дитчберн: дайте-ка я выложу пару фотографий из программки НБК за 75/76 гг. Давно хотела, но повода не было.


@темы: Не только Дягилев или "вообще о балете", Constantin Patsalas

19:58 

Хочешь песенку в награду?
Заново выкладываю уже выложенные фотографии, и мне не стыдно. Впрочем, вру, немного стыдно: поражаюсь, как меня с моим балетным сумасшествием терпят ПЧ. Люди, если это невыносимо, то вы не стесняйтесь, отписывайтесь спокойно. Я же понимаю: все эти балетные фотографии, статьи и восторги могут здорово надоесть.
А теперь - о фотографии. Спасибо Торонто Стар, теперь я знаю, что все-таки не смогла правильно идентифицировать всех людей на этой фотографии. Ошиблась именно с теми, в ком была изначально не уверена. Слева на этом снимке - не Ханс ван Манен, как я думала, а вовсе даже Джон Обри, танцовщик кордебалета НБК, а рядом с Константином - не Синтия Лукас, а Глория Луома, тоже танцовщица из НБКшной корды. Фотография это - подрезанная и ужасного качества - была опубликована в одном из апрельских номеров Торонто Стар за 1976 год, вместе со статьей, посвященной очередной хореографической мастерской, которую организовал НБК. Все сфотографированные здесь люди - Джон Обри, Джеймс Куделка, Энн Дитчберн, Глория Луома и Константин Патсалас - принимали участие в этой мастерской. Кажется, именно тогда Константин представил первый набросок, фрагмент своей "Весны священной" (полностью он поставит этот балет в НБК в 1978 году). Но может быть, я путаю, и там он показал "Черных ангелов" - еще один балет, вошедший в репертуар НБК.
Проверила себя по Нойфельду: точно, это были "Черные ангелы", и Александр Грант, новоиспеченный худрук НБК, увидев этот балет в мастерской, тут же взял его в репертуар 1976/1977 гг. "Вечеринка" Джеймса Куделки тоже была представлена в рамках апрельской мастерской 1976 года - и тоже вошла в репертуар следующего сезона. Так что хореографическая мастерская в очередной раз себя оправдала: это действительно была прекрасная возможность и для молодых хореографов - опробовать свои силы, и для зрителей - посмотреть что-то новое и неожиданное, и для худрука НБК - заполучить что-нибудь свеженькое в репертуар компании. Сплошные прибыли для всех сторон.


@темы: Constantin Patsalas

00:10 

Хочешь песенку в награду?
В одном посте у norakura зашел разговор об Эрике-Коппелиусе, а в Торонто Стар отыскалась подходящая статья (да-да, был бы человек, а статья найдется). Правда, там речь идет не столько об Эрике-Коппелиусе, сколько о двух других Коппелиусах из НБК - Константине Патсаласе и Жаке Горриссене. Но все равно там много интересного - например, Константин прелестно рассказывает о своих сложных отношениях с характерными ролями. И все-таки - не удержусь, выложу в придачу к статье (кстати, это номер от 3 ноября 1984 года) фотографию с Константином в роли Коппелиуса из сувенирной программки НБК за 77/78 гг. Я ее уже выкладывала, но тут такой повод, такой повод. И такой Константин! Не знаю уж, как у него было в этой роли с "добротой" и "состраданием", может быть, с годами его Коппелиус и впрямь стал добрее и милей, но в конце семидесятых он производит впечатление абсолютно укуренного существа. Ну прелесть же, правда?


@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

12:52 

Хочешь песенку в награду?
Мой текст про Константина и Эрика вчера перевалил за двадцать тысяч слов. Когда он закончится - черт его знает, с моими-то улиточными темпами. Пока что он весь в дырах, как будто его моль проела. Главное, он настолько инсайдерский и "для внутреннего пользования", что я понятия не имею, получится ли он сколько-нибудь читабельным в конце концов. Забавно вспоминать, с чего он начался: летом в Гамбурге, в день "Смерти в Венеции", я с утра поехала на Ольдорфское кладбище. Оказалось, что это чудесный парк, но как кладбище оно ужасно скучное: сплошь семейные захоронения, к могиле какого-нибудь индивидуала-отщепенца бросаешься, как к родной, эпитафий почти нет, памятников нет, единственное развлечение - угадывать, из-за какого дерева или с какой полянки на тебя вдруг "выедет" очередная стайка могил. В общем, гуляла я там, гуляла, под конец заскучала, но как-то меня это кладбище все-таки прошибло, и я, сама от себя не ожидая, устроилась под сосной и стала в планшете набрасывать обрывочный текст про Константина после смерти Эрика. Потом в тот день была "Смерть в Венеции", потом возвращение домой и лето, я закрутилась, до осени к этому тексту не возвращалась, а осенью вдруг занялась им снова - и вот, так и пишу. Ну и параллельно собираю информацию, это отличный строительный материал для текста. Хотя все равно - фантазии там больше, чем правды, ну, так я на правду и не претендую.
И если уж говорить об информации - а вот кому еще статью из Торонто Стар? 23 октября 1987 года, возвращение Константина - в Торонто и в балет. Статья очень оптимистичная, если не знать, что на момент ее выхода Константину оставалось жить менее двух лет.
И вот что еще интересно: в статье мимоходом упоминается год знакомства Эрика и Константина - 1971. Но при этом добавлено, что Эрик посоветовал Константину пойти на просмотр в НБК, который в тот год гастролировал в Европе. Вот только фишка в том, что первые европейские гастроли НБК состоялись в 1972 году, весной-летом. И возникает резонный вопрос: познакомились ли Эрик и Константин в 1971 или в 1972 году? Впрочем, вполне возможно, что события (о которых и сам Константин рассказывал еще в своем давнем интервью 1979 года) "спрессовались": знакомство действительно могло состояться в 1971 году, но, допустим, на тот момент проблема "куда податься" не стояла перед Константином так остро, а вот в следующем году она появилась - но тут появилось и решение в лице НБК. В общем, конечно, все это мелочи, но меня эти мелочи очень интересуют.
Ну, ладно, а вот и статья.

Patsalas comes back to ballet


Choreographer Constantin Patsalas' world crumbled in the dark days after Erik Bruhn's death. But now he's back - "feeling positive for the first time in a long time" - with Constantin Patsalas And Friends, a star-studded company that performs Tuesday through Oct. 31 at Harbourfront's Premiere Dance Theatre.
Until Bruhn died, on April 1, 1986, Patsalas thought he had achieved a significant place with the National Ballet. A member of the company for 14 years, he was a solo dancer, resident choreographer and designated by Bruhn to be his artistic heir.
But a few months after the artistic director's death, Patsalas was out of the National and embroiled in a public scandal over his work, Piano Concerto. Because the case is still under litigation, Patsalas is understandably reticent to discuss it in depth, but the incident was the nadir of his distinguished career.
"Before Erik died," says Patsalas, "he wrote a letter to the board suggesting that I be appointed artistic adviser, working with artistic administrator Valerie Wilder and artistic co-ordinator Lynn Wallis, and the board accepted his wishes. After Erik died, there was resistance and the triumvirate never happened.
"I was told my contract would not be renewed, and yet they expected me to rehearse my ballet, Piano Concerto, which was part of the 1986 fall season. I tried to get an injunction to stop the company performing the work, but the judge ruled against me. So the work was mounted from videos without the choreographer there to explain motivation, phrasing or articulation."
The Greek-born Patsalas studied dance in Germany and was a member of the Dusseldorf Opera Ballet when he was introduced to Bruhn during a vacation in Spain in 1971. "Because we met informally, Erik and I became friends. I met him as a human being, not as a star, and he needed a friend he could trust."
It was Bruhn who suggested that Patsalas audition for the National when the company toured Europe that year. "My German visa was running out and I needed a country to go to. The Junta had taken over in Greece and I didn't want to return there."
Patsalas says he "never really pushed my career on an international level," but the talents of the 44-year-old choreographer have been recognized with two important choreographic awards. His ill-fated Piano Concerto defeated 300 other entries to win the Boston International Choreographic Competition in 1979; he won the Clifford E. Lee Award, administered by the Banff Centre for the Arts, in 1985 for Notturni, a work which will be part of the Constantin Patsalas And Friends program.
"Friends" is the key word in the title, and it describes the composition of the 17-member company.
"The corps de ballet is made up of graduate students from the National Ballet School," Patsalas says. "The school was delighted to release these kids so they could get more experience."
Also joining the company as featured dancers are two former National dancers, Vanessa Harwood and Amalia Schelhorn, and two current members, principal Gisella Witkowsky and soloist Karyn Tessmer.
"At first," says Patsalas, "there was opposition about Gisella and Karyn appearing with me. But the girls took a stand because union rules say that dancers can perform elsewhere providing it doesn't conflict with National Ballet performances. Scheduling rehearsals has been a nightmare, though, because we have to work around everyone's commitments."
Also featured are David MacGillivray from Ballet British Columbia, who was in the original cast of Notturni, and the sensational Lloyd Adams, a freelance dancer and an original Toronto cast member of Cats.
For the Harbourfront concert, Patsalas has chosen works that cover the range of his choreographic talents, including two world premieres.
* Exposures: Jawohl! is set to the music of German avant garde rocker Nina Hagen and features the full company. "This work deals with the exposure of human characteristics," says Patsalas, "the ones we don't show because we are bound by manners. I chose Hagen because she is not a pleasant person to watch. She is everything - a child, a woman, a man, a monster, a creature."
* The other new work is Currents, for Vanessa Harwood and three male dancers, described as psychological fragments, the flowing and ebbing of tensions that mix and pass.
"In looking back," says Patsalas, "dance has been a tough life. But I don't regret a thing. I have a good program for Harbourfront with good dancers. In January, I'm setting a work on the Royal Danish Ballet.
"I'm putting this past year and a half from my memory, pulling myself together and using Erik's death as an inspiration for life."

@темы: фики, Erik Bruhn, Constantin Patsalas

14:16 

Хочешь песенку в награду?
Меня так кроет по "Canciones", что я даже у себя в ЖЖ написала пост про этот балет и про Константина и видео вывесила. Никому там это нафиг не интересно, но пусть будет. Пересматривала "Canciones" и тащилась, и уже не так мешали и операторские выкрутасы, и поющая Джанис Тэйлор. Зато танцовщики прекрасны все (но Вероника Теннант не просто прекрасна, а почти гениальна, а может, гениальна без "почти"), и хореография прелестна, и сам Константин прелестен. Черт возьми, как мне мало, мало этого балета, я хочу увидеть другие работы Константина. Ну, теперь вся надежда на "Bold Steps" с отрывком из "Экзотических птиц".
А на ebay продают программку Harkness Ballet 1965 года - с кучей автографов, в том числе с автографом Эрика. Мне не очень надо, покупать не буду, но может, и стоило бы - не ради автографа, а ради фотографии Эрика, вот такой:



Но получается дорого, а у меня сейчас лишних денег мало, да я еще и присматриваюсь к очередной партии Dance Magazine. Если куплю, то мне это влетит в копеечку. И ведь непременно куплю, я себя знаю. Но там тоже должен быть Эрик.

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

13:01 

Хочешь песенку в награду?
Выкладываю "Canciones", фильм Мозе Моссанена о балете Константина Патсаласа. Танцуют Вероника Теннант, Сабина Аллеманн, Кевин Пью, Дэвид Никсон, поет Джанис Тейлор. Комментируют Валери Уайлдер и Сабина Аллеманн. Константин Патсалас присутствует в фильме - молча. Основной корпус фильма снят в 1983 году, комментарии добавлены четыре года спустя, в 1987 году.
Если вдруг что-то не скачивается - скажите мне об этом, ладно?

"Canciones", 1-я часть: drive.google.com/file/d/0ByDTldMHUXJwdE85eERsMC...
"Canciones", 2-я часть: drive.google.com/file/d/0ByDTldMHUXJwcXJnZVVzMk...

UPD. Добавила вимео-видео.




@темы: Constantin Patsalas

02:38 

Хочешь песенку в награду?
UPD. Простите, это опять я. Я тут посмотрела Canciones полностью. Люди, ну я же идиотка. Вот как вредно тыкать наугад, а не смотреть подряд. Я думала, там вообще нет Константина, а он там есть! Получается, что Моссанен не успел снять только комментарии Константина к Canciones - поэтому о балете и о Константине говорят Валери Уайлдер и Сабина Аллеманн. Но Константин все равно в фильме есть! Нам показывают, как он в пустой студии репетирует Canciones - и как эти немые сценки репетиций перетекают в отрывки из балета. Прием несложный, но сделано прекрасно: например, как Константин намечает позу, движение - а потом это движение повторяет великолепная Вероника Теннант - уже в балетном отрывке. И сам Константин - ну я не могу, он такой милый. Ужасно жаль, что он не произносит ни слова, но с другой стороны, это и правильно, нельзя перебивать настроение. Достаточно и того, что это настроение перебивают операторы и певица. Джанис Тейлор прекрасно поет - но черт возьми, слишком часто нам показывают ее, ломая весь ритм балета, попросту мешая смотреть. Я хочу видеть, что и как танцуют танцовщики, а не как поет певица. Не знаю, кого надо за это стукнуть, но кого-нибудь стукнуть надо. Ну и операторов тоже - они иногда принимались финтить со съемками, мешая уловить движения. Так что часть балета от меня ускользнула - и я могу только догадываться, как это выглядело целиком на сцене. И мне все равно понравилось. Пусть это не гениальная хореография - но она музыкальная, интересная, с внезапными вкраплениями движений из современного танца. И исполнители тоже прекрасны, особенно женщины. Кевин Пью и Дэвид Никсон были хороши, но Сабина Аллеманн и Вероника Теннант - не просто хороши, а восхитительны. А Вероника в "Колыбельной" (эту "Колыбельную" она танцевала с Кевином Пью на своем прощальном вечере в НБК) была еще и довольно пугающей. Честное слово, проскальзывало что-то очень зловещее в том, как она "усыпляла" Кевина Пью. И какая грация, какая пластичность! Ммм... не могу, я ее люблю, она прелесть.
И Константин тоже прелесть. В самом конце фильма он внезапно внес немножко... хм, порнографии, когда достал полотенце (привет Эрику!) и начал вытирать лицо, шею и грудь, и делал это так, что я сказала ой.:) А потом он накинул это полотенце на шею (пламенный привет Эрику!), взял сумку и вышел из студии и погасил свет. Несколько секунд в белом дверном проеме был виден его черный силуэт, а потом он закрыл дверь и исчез. И вот тут меня прошибло. Фильм был сделан еще при его жизни, и вот эти материалы были сняты, когда он еще был здоров или не знал о своей болезни (или не знал, что болезнь так серьезна), в общем, когда болезнь его еще не сломила. А тут случайно получилось прощание. Смерть и уход в темноту. Я этого не ожидала, и меня это очень сильно тронуло.
Непременно рипну этот двд.
UPD2. На ДВД обнаружился хорошо запрятанный pdf'ный файл с информацией о всей серии фильмов The Dancemakers. Все, теперь я наконец-то поняла, когда были сняты Canciones - в 1983 году, то есть, когда все еще были живы и здоровы. Но это был просто фильм, а комментарии к нему досняли намного позже, когда Canciones стали пилотным выпуском The Dancemakers. И вот к тому времени Константин был уже очень болен. И все равно - конец Canciones получился по-своему пророческим.

Раз мне недодали Константина вообще в документалке 2002 года, я сказала: "Ах так? Ну и пожалуйста!" - и заказала на амазоне документалку 1984 года "Bold Steps" с Эриком, Рудольфом, Михаилом Барышниковым, всей труппой НБК и отрывками из различных балетов, в том числе - с отрывками из "Экзотических птиц" Константина. Ну, пусть продавец только попробует мне это не продать и не отправить! Правда, когда я это получу - начнется самое интересное: документалочка-то на VHS, ее еще оцифровать надо. Впрочем, я уже впала в такое состояние, когда мне сам черт не брат: оцифровать надо? оцифруем в два счета, только дайте мне ее сюда.
И надеюсь, что хоть в этой документалке Константин засветился. Мне же много не надо: пусть пару слов скажет и мелькнет на фоне Эрика, я уже буду довольна.
Ну и как обычно - для маньяков вроде меня статья из "Торонто Стар": как раз рецензия на "Экзотических птиц". Довольно забавная, по-моему, хотя и не однозначно благосклонная.


запись создана: 22.11.2015 в 00:23

@темы: Constantin Patsalas

16:22 

Хочешь песенку в награду?
А мне пришли мои канадские ДВД! "Canciones" Константина и документалка про НБК, снятая в 2002 году. По поводу документалки хочу сказать вот что: товарищи, я все понимаю, но делать вид, что Константина вообще не было в истории НБК - это низко и некрасиво. Его имя не упоминается, по-моему, ни разу, по крайней мере, в разделах, посвященных семидесятым и восьмидесятым годам, а в другие десятилетия его в НБК и не было. Всех упоминают: Тимоти Спейна, Энн Дитчберн, Джеймса Куделку - как молодых хореографов, Линн Уоллис и Валери Уайлдер - как худруков после Эрика, Глена Тетли вспоминают, Рейда Андерсона, да всех - кроме Константина. Не было его. Не существовало. И меня это опять страшно взбесило. Это очень низко: вот так стирать человека из истории, типа "вас тут не стояло". И главное - я не могу понять, кто в данном конкретном случае в этом виноват: неужели Вероника Теннант - автор этой документалки? ну не может быть, я от нее такого не ожидала. Или это танцовщики, рассказывавшие историю НБК, то ли договорились, то ли каждый сам за себя решил, что лучше о Константине не вспоминать вообще? Не знаю. Но выглядит это очень неприятно. В конце концов, люди, ну имейте уважение, он столько лет с вами работал, и вы с ним вроде бы неплохо уживались, он умер теперь - и не может о себе ничего сказать, заступиться за себя, неужели вам сложно хотя бы его имя упомянуть? Нет, молчат. Нет Константина, никогда не было.
А так-то документалка приятная, в ней засветились чудесные люди, лучше всех, конечно, Джереми Рэнсом - когда он с мечтательной поволокой в глазах рассказывает и показывает, как Эрик курил в классе и сквозь клубы дыма следил за танцовщиками. Спасибо, Джереми, я уже давно поняла, что от Эрика ты был и есть без ума. И есть в документалке очень симпатичные отрывки съемок как раз из класса - там уже явно последние годы (а может, последний год) жизни Эрика, он там заметно болен, но очарователен по-прежнему. А еще есть короткий отрывок с совместной репетиции Рудольфа и Фрэнка Аугустина. Рудольф тоже очарователен, а Фрэнк рядом с ним - такой большой хорошенький теленочек.
Ну, "Canciones" немного подсластили мою обиду. Нет, к сожалению, самого Константина там тоже нет, и Мозе Моссанен, автор и режиссер, объясняет, что на момент съемок (1988 год) Константин был уже очень болен и не мог принимать участие в работе над этим фильмом. Правда, я тихо считаю, что все равно не следовало приглашать в качестве комментатора Валери Уайлдер - памятуя о ее напряженных отношениях с Константином - ну да ладно, Моссанену было виднее. Конечно, Константина очень не хватает, я мечтала бы увидеть его и услышать его голос. Ну а так приходится любоваться его хореографией. И знаете... нет, я, конечно, должна посмотреть все от начала до конца, пока я увидела только отрывки, но то, что я увидела, мне очень понравилось. Это изумительно простая и очень музыкальная хореография - вот верно говорили, что Константин был чрезвычайно музыкальным хореографом, - и при этом она не иллюстрирует музыку (цикл испанских песен в исполнении Джанис Тейлор), а существует с ней наравне, сливается с ней. И Сабина Аллеманн, Вероника Теннант, Дэвид Никсон и Кевин Пью восхитительно танцуют. Эх, жаль, качество фильма не бог весть какое, но я это переживу.

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

18:47 

Хочешь песенку в награду?



Продолжаю разбрасывать статьи из Торонто Стар. Как обычно: читайте на здоровье, только не выкладывайте на сторонних ресурсах. Во-первых, очень симпатичная статья про балет Константина "The Past of the Future". Судя по всему, он здорово отрывался, сочиняя для детишек этот балет, а детишки здорово отрывались, принимая определенное участие в процессе создания балета, а потом и танцуя. Забавно - то ли автор статьи ошибся, то ли корректор пятерку с восьмеркой перепутал, а только Константину убавили возраст на три года: вместо 38 законных лет поставили 35.
А вторая статья - конечно, про Эрика, новоиспеченного худрука Национального балета Канады, chain-smoker'а и лапушку.

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

16:42 

Хочешь песенку в награду?


Влетела в очередной перевод. Деньги очень нужны, а жить когда-нибудь потом. Не получается у меня сочетать жизнь и работу, либо одно, либо другое. А уж о "личной жизни" даже и мечтать не приходится. И сил ни на что нет. Дотянуть бы до следующей недели, а там у меня в понедельник будет Килиан в Стасике, а в пятницу там же "Татьяна" с Валерией Мухановой, и глядишь, немного приду в себя.
А пока - что может поднять настроение лучше хороших фоточек с хорошими балетными людьми? Во-первых, отсканировала фотографию из программки НБК за 75/76. Слева направо: Шармейн Тернер, Константин Патсалас, Энн Дитчберн, Лорна Геддес. Вот мне интересно, кто же все-таки надоумил Константина одеться здесь во все белое, да еще и натянуть белые же гетры? Может, конечно, он и сам так нарядился (хотя на других рабочих снимках он обычно в темном трико, иногда еще в белой кофте, но никогда - во всем белом), но я прямо вижу, как ответственные личности говорят, что если наши зрители увидят эту копченую шпроту в натуральном виде и в темном трико, то решат, что в нашей компании танцовщиков голодом морят, так нельзя, срочно надо создать объем, пусть одевается во все белое, белый полнит. И все бы ничего, но тонкие руки и худая шея все равно видны. Одна надежда - не станут зрители всматриваться в фотографии корды, это только маньяки вроде меня этим развлекаются.
Ну, а во-вторых - вот очередная фотография Эрика в его любимой рубашке в цветочек. Отсканировано из ноябрьского Dance Magazine за 1973 год. Эрик, как всегда, прекрасен и несчастен, и хочется его взять на ручки, но а) не подниму; б) сам не дастся.

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

16:33 

Хочешь песенку в награду?


Получила очередную программку НБК - на этот раз за сезон 1975/76. Не очень интересная, почти все фотографии какие-то неудачные (а в сцене из второго акта "Сильфиды" у всех сильфид, кроме собственно Сильфиды, тюники ярко-голубого цвета - не знаю, то ли фотограф так снимал, то ли свет так падал), из приятного: три сцены из балета Энн Дитчберн "Kisses" и фотография с Константином. "Kisses" были первой работой Дитчберн, вошедшей в репертуар НБК: это пять па-де-де, так или иначе заканчивающихся поцелуем. В статье в Торонто Стар я нашла односложные описания четырех па-де-де из пяти: "абсурдное, комичное, сапфичное и эротичное". Разумеется, я сделала стойку на "сапфичное" па-де-де - и в программке НБК есть сценка и из него: вполне невинная, подумаешь, две девушки рядом, но и по-своему завораживающая. Эх, а ведь существует видеозапись Kisses, но как обычно - она зарыта в далеких архивах, до нее не добраться.
А фотография с Константином - эх, всего одна, но милая: у палки стоят Шармейн Тернер, Константин, Энн и Лорна Геддес, причем Тернер и Геддес смотрят прямо в объектив и стоят на некотором расстоянии от Константина и Энн, а Константин и Энн повернулись друг к другу и смеются. Такие лапы. Обязательно отсканирую, конечно. А пока выложу фотографию одной Энн. По-моему, она прелесть.

@темы: Не только Дягилев или "вообще о балете", Constantin Patsalas

17:18 

Хочешь песенку в награду?
Прочитала некролог Эрика в Торонто Стар: там сказано, что он "мирно скончался во сне". Может быть, газетное преувеличение, а может, и нет, по книге Мейнерца не поймешь: Леннарт Пасборг не присутствовал при смерти Эрика, а Константин, бывший с Эриком в последние минуты, уже никому ничего не расскажет. Ладно, предположим, что в газете не соврали, и он действительно умер во сне. И хоть эта смерть была легкой, но не хочу даже думать о том, каково было Константину, который сидел рядом и смотрел, как Эрик умирает, и ничего не мог с этим поделать. Ничего удивительного, что он был "совершенно раздавлен". И как будто он чувствовал, что его ждет теперь, после смерти Эрика.
Но сегодня я не буду выкладывать некролог Эрика, а выложу некролог Константина, написанный Уильямом Литтлером, балетным критиком Торонто Стар.

Exotic Constantin Patsalas rode out rocky dance career


Constantin Patsalas, former first soloist and resident choreographer of the National Ballet of Canada, died Friday night at the age of 45.
A major contributor to the National Ballet's repertoire during the 12 years beginning 1974, Patsalas suffered a near-fatal blow to his career when he was dismissed in September, 1986, for refusing to step down as artistic advisor.
That position was given him on the recommendation of, and following the death of, artistic director Erik Bruhn, earlier the same year.
Threatening suit for wrongful dismissal, he left the company to undertake a freelance career, unsuccessfully seeking an Ontario Supreme Court injunction to prevent the company from performing his ballet Piano Concerto during its November, 1986, O'Keefe Centre season.
Piano Concerto had earlier been instrumental in establishing his reputation as a dancemaker, winning the Boston Ballet's Choreographer's Showcase prize over an international field of 253 entrants in 1979.
Three years and several ballets later, Mr. Patsalas was appointed resident choreographer, eventually contributing 10 of his more than 30 works to the National Ballet repertoire. Some of them also were performed in an all-Patsalas program presented by Balleto Classico in L'Aquila, Italy in 1982.
His pas de deux, Poemes Intimes, was also danced by the National Ballet's Kimberly Glasco and Kevin Pugh as part of their medal-winning participation in the 1981 International Ballet Competition in Moscow.
Other major works of his included Black Angels, The Rite Of Spring, Canciones (originally choreographed for the Ballet Contemporaneo de Camara in Venezuela), Angali, Nataraja, L'Ile Inconnue, Oiseaux Exotiques and Lost In Twilight.
He also created works for the Stratford Festival, Hamilton Philharmonic Orchestra, National Ballet School and Canadian Opera Company. And in the season following his departure from the National Ballet he mounted a program titled Constantin Patsalas And Friends at Harbourfront's Premiere Dance Theatre, with a cast of dancers including some of his former colleagues.
The National Ballet itself has ceased performing his work.
Born in Greece, the son of a military officer, he began to study ballet and modern dance in Germany in 1964, graduating from Kurt Joos' Folkwang Hochschule in Essen before spending three years with the ballet of the Deutsche Oper am Rhein in Dusseldorf.
Joining the National Ballet in 1972, at Erik Bruhn's suggestion, he became a second soloist in 1976 and first soloist in 1979.
Not primarily a classical dancer, he excelled in character roles, including Widow Simone in La Fille Mal Gardee, Madge the Witch in La Sylphide, Dr. Coppelius in Coppelia and the Duke of Verona and Friar Laurence in Romeo And Juliet.
As a choreographer, and an avocational painter, he tended toward the flamboyant and the exotic, claiming to take inspiration from nature and numbering gardening among his hobbies.
Recipient of the Banff Centre's Clifford E. Lee Award for Choreography in 1985, he seemed destined for a long and successful career, when the rupture with the National Ballet came.
"In looking back," he commented the year after his departure from the company, "dance has been a tough life. But I don't regret a thing . . . I'm putting this past year and a half from my memory, pulling myself together and using Erik's death as an inspiration for life."

Произнес он эти слова в октябре 1987 года, а через полтора года его не стало.

@темы: Erik Bruhn, Constantin Patsalas

Черновики и черт

главная