Большой биографический пост о танцовщике и хореографе Константине Патсаласе: часть I и часть II

Фанфики и оригинальные тексты

  • ↓
  • ↑
  • ⇑

Хочешь песенку в награду?
Стоило мне похвастаться, что меня читают на АО3, как меня тут же читать перестали. Поделом мне: не воображай.
Сегодня будет фотография коппелийная: милый и славный доктор Коппелиус, он же Эрик Брун, безобразно спаивает милого и славного Франца, он же Рудольф Нуриев-Нуреев. Мне уже кажется, что и эта фотография давно валяется в сети, но может быть, я и ошибаюсь.

@темы: Erik Bruhn


Хочешь песенку в награду?
Продолжаю пикспамить ужасными сканами с Эриком (ужасные они только потому, что у меня руки кривые, я стараюсь привести сканы в божеский вид при помощи фотошопа и такой-то матери, но получается плохо). Здесь Эрик обучает танцевальным премудростям мальчиков из национальной балетной школы Канады. Это 1970-е годы, точную дату Нойфельд не указывает.

@темы: Erik Bruhn


Хочешь песенку в награду?
Давно пора было отсканировать пропущенные некогда фотографии из Мейнерца и Нойфельда. Теперь буду их потихоньку выкладывать. Сегодня, например, фотография из Passion to Dance Нойфельда: Эрик и Рекс Харрингтон, 1984 год.

@темы: Erik Bruhn


Хочешь песенку в награду?
Нашла немножко свеженьких воспоминаний об Эрике - счастлива как не знаю кто. Автор воспоминаний - Neal Weaver, некогда взявший у Эрика интервью для журнала After Dark (сентябрьский номер 1968 года, я это интервью выкладывала почти два года назад вот в этом посте), а еще сделавший вот эту прекрасную фотографию Эрика (в своих воспоминаниях он рассказывает и о том, как была сделана эта фотография). В общем, я нагло перекопирую воспоминания прямо сюда, тем более, что их не так уж много.

I was scheduled to review the Franco Zeffirelli film of Romeo and Juliet, at the old Paramount Screening Room. <...> Anyway, my editor, Bill Como, was with me. And he discovered that his friend Chris Allen, who was the manager for Nureyev and Bruhn, was also handling press for the movie. Chris wanted to know if I’d like to do an interview with Bruhn. Of course I said yes. Later I went to Chris’s office to get stills from the Romeo and Juliet movie. Chris informed me that he wasn’t allowed to release the photos of Leonard Whiting’s nude scene, but he was leaving it in a folder on his desk, and if I happened to grab it while he was out of the room, he couldn’t be blamed. He left the room, and I grabbed it, and we ran it as part of our “review with pictures”. He then set up an appointment with me to meet Erik at his apartment.
Chris’s apartment was amazing. When you entered the front door, a sweeping staircase led down to the living room, and on the bottom step was sitting one of Degas’ sculptures of a little ballet girl. It was clearly an original, with a real fabric tutu coated with bronze. And on the walls were glorious paintings, by Degas and others. Alongside the framed originals, there were several reproductions I recognized as the same ones I’d sold at Marboro Books for $4.95, including Matisse’s Jazz. Clearly Chris was not an art snob. He just loved the pictures, whether originals or cheap copies.
Erik Bruhn was a gravely handsome gentleman, a blond Dane, and a man of great courtliness and dignity. But there was always an undertone of melancholy. His English was impeccable, though occasionally garnished with American slang he’d picked up from the kids in the corps de ballet.
I was intimidated, knowing that many balletomanes regarded him as the greatest living male dancer. They thought Rudi was a johnny-come-lately by comparison. I began by telling Erik I didn’t pretend to know anything about the technicalities of ballet. He said, “Good. Most interviewers do pretend to know.” Still a bit defensive, I said, “I just try to take the performances in and see what meaning I can find in them.” He said, “How do you think I watch ballet?” He was totally down to earth, and wonderfully easy to talk to.
I got a wonderful interview, though I don’t know how I managed to get it all down in those days before I began to use a tape-recorder.
He was eloquently bitter about dance schools that spent years grinding the individuality out of their dancers, and then wondered why they were so colorless. He told me his life story, and how he’d first accompanied his sister to ballet class.
He called me after the interview appeared, seemingly approving of it, though he said it had emerged as awfully sad. But as he’d told it, it was sad, a life full of dance but not a great deal else. He said, “Next time we must try to do something more cheerful.”
He then invited me to accompany him to a screening of his Swan Lake for the National Ballet of Canada, with Carla Fracci as the swan queen Odette/Odile. It turned out to be held just in a small room with a television set on which we could view a cassette of Swan Lake. Fracci was there also, and it was the first time either of them had seen the finished film. She was very quiet, totally focused on the film and her own performance. It was odd to be watching a film with its two stars, and I found myself trying to watch it from their point of view. But sadly, much as I liked and admired Erik, I couldn’t get excited about his dancing. It was simply too perfect, but without much fire. And the first act choreography was lame: they’d eliminated the prince’s hunting, and without it there wasn’t much else, and certainly no virility. He was reduced to a purely decorative presence, a pretty mama’s boy to the rather sinister queen.
Later he invited me to his book signing. A complete issue of the magazine Dance News had been devoted to his book on characterization in dance. He autographed a copy to me (alas, I lent it to someone and never got it back) and pulled me off in a corner “away from all those people” to talk. Lydia Joel said, “He’s famous for buttering up the press like that.” But I felt it was genuine. And there was considerable jealousy from the Dance Magazine staff because we’d stolen a march on them, getting interviews with both Rudi and Erik. Lydia always minimized my relations with the two of them.
And then he invited me to a taping of Giselle, purely to record the choreography. It was done without sets or costumes, on the stage of an old disused vaudeville house called the Oriental Garden. It was a musty, dusty old theatre, and in the stage boxes there were enormous, dusty, disintegrating red silk Chinese lanterns. I’d been there once before, while doing a piece on The Magic Garden of Stanley Sweetheart and its stars, Don Johnson and Michael Greer. They were filming some sequences in a sort of maze they’d built inside the old theatre.
I’d never been so aware of the toll that ballet takes on dancers’ bodies. They all seemed like walking wounded, nursing bad ankles, bad knees, Charlie horses, sprains, pulled muscles, etc. Even Carla Fracci was nursing some sore limbs. And Erik had to be especially careful. He had famously weak ankles, and had to keep warmed up to avoid doing himself serious damage. When the others took breaks, he was still doing warm-up exercises. He asked me if I’d go out and get him a milkshake, so of course I did. The taping wasn’t much fun to watch because though they were meticulously executing the choreography, they weren’t in performance mode. When I got back, I was wandering around looking for him when I inadvertently walked in front of the camera, to the loud annoyance of the camera crew. Realizing my error I dropped to my knees and crawled out of camera range, and they calmed down. I found Erik, and we went out on the fire escape where I photographed him. On the roof below were the remains of an old outdoor movie dating from the days before air conditioning. There was nothing left of it but rows of seats and a metal frame of what had been the screen. It seemed as much a historical artifact as the Oriental Garden itself.
It was at that time that my play War Games was running Off-Broadway. It had been a disastrous experience for more reasons than I can give here. Maybe I’ll write about it if I live long enough. Erik said he’d like to come and see my play. He was supposed to come on a Thursday night. At curtain time, he still had not arrived. I was making them hold the curtain for him when a messenger arrived with a hand-delivered message, which was from Erik. The only time in my life I received a hand-delivered message. He apologized for not being able to make it, but Mr. B. (Balanchine) had invited him to a cocktail party. And if you were in the ballet world you couldn’t turn down an invitation from Mr. B. He asked if he could come on Saturday instead. I called him and told him of course.
On Saturday, he arrived in good time. But he was not destined to see my play. There’d been a week of heavy rain, and the roof of the theatre (The Fourth Street Theatre) leaked. A ton of water had collected on the top floor. And that afternoon it broke through and flooded the theatre. Water was ankle deep in the front rows, and shoes were floating in the dressing rooms. It seemed there was nothing to do but cancel the performance. (c)

Остается лишь разводить руками и поражаться причудам чужой памяти: ладно еще, что Вивер спутал газету Dance News с журналом Dance Perspectives (где и была опубликована книга Эрика Beyond Technique), но как можно было спутать Карлу Фраччи с Лоис Смит, танцевавшей Одетту-Одиллию в телеверсии ЛО Эрика, - это выше моего понимания. Это уже как в старом советском анекдоте: "...принял китайского посла за японского и имел с ним продолжительную беседу". Ну да ладно. Ну перепутал человек, ну, бывает. Зато как приятно читать что-то новенькое об Эрике, вы не представляете. И как мило, что он набрался американского слэнга у кордебалетных детишек, это очень в духе Эрика и совершенно очаровательно.
Но это еще не все. Вы думаете, что Вивер написал только об Эрике? Хахаха, как бы не так. Ведь есть же еще и Рудольф. Целых три части воспоминаний Вивера посвящены Рудольфу - и право, читать это даже увлекательнее, чем воспоминания об Эрике (тем более, что об Эрике Вивер написал так ма-а-а-ало!). Прошу: часть первая, часть вторая, часть третья.

@темы: Erik Bruhn


Хочешь песенку в награду?
По-моему, совершенно прекрасная фотография: Рудольф и Нильс Бьорн Ларсен на репетиции "Сильфиды" в КДБ, 1973 год. Особенно меня радует выражение лица Ларсена: ну как есть истинная ведьма. То есть, ведьм.

А еще у меня такое чувство, будто кто-то где-то прорекламировал мой текст про Раймундо и Рудольфа. Потому что количество его просмотров на АО3 растет что-то уж слишком быстро. Быстрее, чем у "птичек-косточек" про Константина и Эрика.

@темы: Не только Дягилев или "вообще о балете", "La Sylphide", фики


lock Доступ к записи ограничен

Хочешь песенку в награду?
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра


Хочешь песенку в награду?
В 2015 году Себастьян Хейнс и Стефани Чен Гундорф принимали участие в Erik Bruhn Competition. Правда, не выиграли, но все равно были молодцы. Я это к чему? К тому, что в инстаграме у Альбана Лендорфа прочитала гениальное напутствие этим конкурсантам от Киззи Матиакис: "May the Bruhn be with you!". Прелесть же, лучше не скажешь. Ну и фотографию Лендорф выбрал отличную, лично я очень ее люблю.

@темы: Erik Bruhn, Sebastian Haynes


Хочешь песенку в награду?
Обожаю этот момент в документалке Dancing Bournonville: на репетиции "Ярмарки в Брюгге" Ханс Бренаа показывает Метте-Иде Кирк, как она должна скромно прильнуть к Ибу Андерсену. И оба прелестны - что Бренаа, что Андерсен (ну, он вообще, как известно, самая красивая девушка датского балета - разумеется, после юного Эрика Бруна).

@темы: Не только Дягилев или "вообще о балете"


Хочешь песенку в награду?
Да, я знаю, что это стон и плач из серии "мне бы ваши заботы, господин учитель", но пожалейте меня кто-нибудь, пожалуйста, потому что я только что узнала, что Себастьян Хейнс уходит из КДБ в Nederlands Dans Theater. Не знаю, окончательный ли это переход, но с моим еврейским счастьем запросто может оказаться, что да, окончательный. По крайней мере, в сезоне 2017/18 Хейнс будет танцевать там. А я-то набирала билеты на грядущий сезон, я-то надеялась увидеть его и в "Раймонде", и в вечере Килиана, и снова в Vertical Road Акрама Хана, и в "Жизели", и в "Неаполе", и в "Бурнонвилиане", и везде, везде, везде... А он уходит. Глупо, конечно, но я страшно расстроена, чуть ли не до слез. С меня хватило уже того, что Ульрик Бирккьяр уходит в Балет Сан-Франциско. А теперь еще и Хейнс. И главное свинство - что об этом нигде толком не пишут, я об этом узнала случайно, читая очередную статью Евы Киструп, потом полезла на сайт NDT - ну да, там уже указан Хейнс в составе труппы. И конечно, я ему желаю всего самого лучшего, я верю, что ему там будет хорошо и интересно, но... но как же я, бедный несчастный зритель и поклонник? Либо мне переключаться на Нидерланды, либо надеяться на то, что Хейнс потанцует там сезон, расширит горизонты и вернется в Данию. А я пока буду любоваться труппой КДБ без него. Нет, конечно, я там всех люблю - и мне еще остаются и Преториусы (Ида и Тобиас), и Кос, и Купински, и Дин, и Хмеленски, и Франссон, и Лиам Редхед, и целая толпа чудесных людей. Но без Хейнса (да и без Бирккьяра) - это будет уже не то, не совсем то. Черт возьми, ну как безумно жаль, что эта дивная виолончель покидает КДБ.
А впрочем, ладно, виолончель вы уже видели, вот вам другая фотография:

@темы: Sebastian Haynes


Доступ к записи ограничен

Хочешь песенку в награду?
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра


Хочешь песенку в награду?
Некролог Раймундо де Ларрена - пока что единственный, который мне удалось отыскать. Читайте, наслаждайтесь, постарайтесь не заболеть диабетом от переизбытка глюкозы. Нет, само собой, что некрологи и положено писать так, чтобы все осознали, какой чудесный человек ушел из этого мира, но тут, пожалуй, автор пересыпал сахару, получилось ну очень уж сладко. И опять приложили фотографию Раймундо в усах, он такой некрасивый в усах, просто сил нет. А ведь в некрологе уверяют, что он был человек с большим вкусом. Но вот как человек со вкусом мог отрастить такие поганые усы, этого я не понимаю.

Вот то ли дело - Раймундо без усов, чудо же какой Раймундо, смотреть приятно (скан norakura):

@темы: Raymundo de Larrain


Хочешь песенку в награду?
Я раскопала своих подвалов и нашла неотсканированную фотографию в одном из Dancemagazines (июльский номер 1970 года). Сама фотография была сделана пятнадцатью годами ранее, в 1955 году, в Джейкобс-Пиллоу, вотчине Теда (Папы) Шоуна. В тот год, летом, Шоун пригласил Эрика принять участие в летнем фестивале в Джейкобс-Пиллоу - и кстати, в том же фестивале танцевали десять участников Королевского Датского балета, впервые познакомившие американских зрителей с балетами Бурнонвиля. Эрик же выступал сам по себе - и танцевал не Бурнонвиля, а, так сказать, русско-французскую классику: па-де-де из "Дон Кихота" и "Щелкунчика" - с Мэри Эллен Мойлан, па-де-де Черного Лебедя и отрывки из "Жизели" - с Алисией Алонсо (сохранилась видеозапись адажио из "Жизели" - в исполнении Алисии и Эрика как раз в Джейкобс-Пиллоу). И на фотографии - увы, очень маленькой, - как раз сняты Эрик, Мэри Эллен Мойлан и сам Папа Шоун. Я необъективна, но бог ты мой, какая у Эрика дивная талия.

Ну и еще - раз уж зашел разговор о Джейкобс-Пиллоу, о Теде Шоуне и о его отношениях с Эриком - перепишу отрывок из письма Шоуна Эрику (от 23 ноября 1971 года, опубликовано с купюрами в книге Грюна). Очень он душевный.

So many tender and precious memories come out as I write - that fabulous matinee on May 1, 1955, when you did your first Albrecht with Alicia, and I cooked for you and fed you after that matinee; the next morning when sleepy-eyed you and Ray came in with leftover eggs and butter, etc. <...> And your visit here [to Florida] - I have the Kodak pictures - your serious expression as you contemplated the first orange you ever picked from a tree and then cutting into it and eating it. And the many memories of you at Jacob's Pillow and the thrills of your performances there that never were and never can be matched by anyone else. <...> Well, I could go on and go on! <...> You have been in my mind and heart all the time. <...> I hope there will be a chance to see you at least once again, and embrace you and say in gesture what cannot be said in words!

Ну, на всякий случай (хотя я думаю, те, кто прочтут этот пост и это письмо, и так в курсе): Алисия, упоминаемая в письме Шоуна, - это не Алисия Алонсо, а Алисия Маркова, с которой Эрик станцевал в своей первой "Жизели" 1 мая 1955 в Метрополитен-опера в Нью-Йорке. Ну, а Рэй - конечно, Рэй Барра, танцовщик АБТ, партнер Эрика в то время, вспоминавший много-много лет спустя, что с Эриком у них была "настоящая любовь".

@темы: Erik Bruhn


Хочешь песенку в награду?
Я, конечно, прошу прощения и все такое, мой вкус не абсолютен и не является руководством к действию, но все-таки, ну почему в 1981 году никто не подошел к Раймундо де Ларрену и не сказал ему на ухо, что он, может быть, и не жиголо (и на маркизе де Куэвас женился по любви!), но с этими усами он выглядит именно как жиголо, мафиози и наркобарон, три в одном. Да и сами усы кажутся откровенно искусственными, приклеенными кое-как перед выходом в свет. Ох, Раймундо, Раймундо... Нет, ну вправду же, ужасные усы, они ему страшно не к лицу.

@темы: Raymundo de Larrain


Хочешь песенку в награду?
Соскучилась я по Эрику - ну, оно и понятно, больше недели ничего с ним не выкладывала, куда это годится? Этак он решит, что я его разлюбила, и обрадуется. Ха-ха. Не дождется.
Эрик и Карла репетирует ромео-и-джульеттовское балконное па-де-де в постановке Эрика. Полосатая кофта Эрику дивно к лицу.

@темы: Erik Bruhn, Carla Fracci


Хочешь песенку в награду?
Ну наконец-то я это сделала: несколько месяцев уже думала, что надо бы, да все руки не доходили. А вчера после очередной прогулки с "Билли Баддом" в плеере поняла, что уже пора, в конце концов, сколько можно оттягивать. И вырезала из подпольной записи БТшного "Билли" от 1 декабря прошлого года - арию Клэггарта в исполнении моего обожаемого Гидона Сакса. Теперь ее можно слушать, смаковать, вздыхать о несовершенствах пиратского аудио, потом снова слушать и смаковать, потом считать дни до февраля, когда "Билли Бадд" и Гидон Сакс вроде бы должны вернуться на московскую сцену. И вот уж тогда я не повторю своей ошибки - когда в последнем блоке я побывала лишь на двух спектаклях из четырех, - а постараюсь захватить все спектакли. Потому что "Билли Бадд" - это страшная затягивающая морская трава. А уж когда там поет Гидон Сакс - то можно вообще махнуть рукой на все и даже не пытаться вылечиться.
Так что вот она, центральная ария Клэггарта, вот он, Гидон Сакс в роли Клэггарта. Надо сказать, в феврале этого года он был больше в голосе и пел эту арию еще лучше. Но и в декабре тоже получилось очень и очень пронзительно и проникновенно.

Ах, да, вот еще для удобства - текст этой арии. Можно следить за словами и даже подпевать.

O beauty, o handsomeness, goodness!
Would that I never encountered you!
Would that I lived in my own world always,
in that depravity to which I was born.
There I found peace of a sort, there I established
an order such as reigns in Hell. But alas, alas!
The lights shines in the darkness comprehends
it and suffers. O beauty, o handsomeness, goodness!
Would that I had never seen you!

Having seen you, what choice remains to me?
None, none! I'm doomed to annihilate you,
I'm vowed to your destruction.
I will wipe you off the face of the heart,
off this ship where fortune has led you.
First I will trouble your happiness.
I will mutilate and silence the body where you dwell.
It shall hang from the yard-arm,
it shall fall into the depths of the sea,
and all shall be as if nothing had been.
No, you cannot escape!
With hate and envy I'm stronger than love.

So may it be!
O beauty, o handsomeness, goodness!
You surely in my power tonight.
Nothing can defend you.
Nothing! So may it be!
For what hope remains if love can escape?
If love still lives and grows strong where I cannot enter,
what hope is there in my own dark world for me?
No! I cannot believe it! That were torment to keen.

I, John Claggart,
Master-at-Arms upon the "Indomitable",
have you in my power, and I will destroy you.

@темы: Мы очень любим оперу, Выходи-ка, Билли, чтоб тебя убили


Хочешь песенку в награду?
Меня периодически накрывает: очень хочется поговорить о Константине, а сказать-то абсолютно нечего, все уже обсосано со всех сторон, новой информации ни фига нет. Я еще растравляю себя, вспоминая, к чему у меня нет доступа: к архивам Globe and Mail и к документалкам Canadance, For the love of dance и Veronica Tennant - Dancer of Distinction. Ну и там по мелочи - типа нет нужных номеров нужных журналов и всего такого. Ужасная фрустрация, отвлечься невозможно, можно только пережить. Вот сейчас выложу последнюю "коппелийную" фотографию с Константином-Коппелиусом - и все, и даже фотографии у меня опять закончатся. Не самый удачный ракурс, но руки у него тут очень красивые.
А, еще о "Коппелии": я почему-то была уверена, что когда Рудольф танцевал в "Коппелии" НБК, то исключительно с Эриком-Коппелиусом, ан нет, с Константином ему тоже приходилось "сходиться" в этом спектакле. Нашла в Нью-Йорк Таймс статью от 28 июля 1975 года (я ее когда-то читала, но напрочь о ней позабыла), и вот там как раз и рассказывается, как Рудольф-Франц танцевал в спектакле с Ванессой Харвуд - Сванильдой и Константином-Коппелиусом. Занятно.

@темы: Constantin Patsalas


Хочешь песенку в награду?
Не, ну нахуй флэшмоб, дурацкая была идея. Лучше картинку выложить: gr_gorinich, тебе это особенно понравится. Смотри, на Ротбарта-Пакетта фанарт нарисовали. Круто, да? Пусть с пропорциями что-то не то, руки длинноваты, зато нос и плащ получились идеально.

@темы: Не только Дягилев или "вообще о балете"


Хочешь песенку в награду?
Когда-нибудь, когда я справлюсь с собственной ленью, я непременно сделаю сборный пост с фотографиями Эрика в "Фрекен Юлии". Сама не знаю, зачем мне это надо, но просто мне очень нравится Эрик в образе Яна - брутального, жестокого, безжалостного, опасного, но почему-то и хрупкого, и даже утонченного лакея. А пока что ограничусь одной фотографией (скан из январского Dance Magazine за 1973 год): Эрик и Синтия Грегори. Точная дата съемки не указана, я предположу, что это либо самый-самый конец шестидесятых годов, либо самое начало семидесятых.

@темы: Erik Bruhn


Хочешь песенку в награду?
Пью кофе, просматриваю фейсбучную ленту, а там сообщение, что Ханна, режиссер Svaneblod, и Леннарт Пасборг стали друзьями. Меня это как бы никак не касается, но все равно хочется нервно захихикать и то ли тоже набиться к Пасборгу в френды, то ли по-быстрому закрыть эрико-константиновы тексты, пока они, не дай бог, ему на глаза не попались. Хотя даже если и попадутся - ну чо, ну не будет же он продираться через гугл-переводчик, чтобы узнать, о чем там написано, делать ему больше нечего. В общем, умом понимаю, что мне ничего не угрожает (в том числе суд по обвинению в клевете), но паранойя уже тут как тут.
Ладно. Главное - чтоб Мейнерц на меня в фейсбуке не вышел. Ахахахаха.
Ну и Эрика надо сюда же, куда мне без Эрика?

@темы: Erik Bruhn


Хочешь песенку в награду?
Вот она, нечаянная радость: открываешь книгу Kain and Augustyn, которую купила уже давным-давно и при первом прочтении ничего интересного там не нашла, и забросила ее на полку, - так вот, открываешь ее и вдруг понимаешь, что была слепой дурой и пропустила целый ворох фотографий с Константином. Хотя, конечно, надо быть экспертом вроде меня, чтобы понять, что это действительно Константин, потому что в самой книге это не указано и не подписано. Но это он, он, прелесть моя, в "Коппелии" (НБК, постановка Эрика Бруна), в компании с Карен Кэйн - Сванильдой. Господи, какой же у Константина изумительно странный Коппелиус: ни черта не старый, несмотря на возрастной грим, такое вневозрастное, древне-юное существо с черными глазами-ямами. Ну и общая укуренность чувствуется - как чувствовалась она и на вот этой студийной фотографии.

@темы: Constantin Patsalas

Черновики и черт